13.11.2008 | 19:33

"Старший сын" без сентиментов

Премьера в "Табакерке". Сегодня на легендарной московской сцене представляют не менее легендарную пьесу Александра Вампилова "Старший сын". Ее поставил Константин Богомолов. Он пригласил на роль Бусыгина актера МХТ Юрия Чурсина, а Сарафанова играет Сергей Сосновский. Активно отрицая сравнения с популярным фильмом Виталия Мельникова, в котором в середине 1970-х блистали Леонов и Караченцов, режиссер выбрал для спектакля совсем другие ориентиры – картины Тарковского. Рассказывают "Новости культуры".

На сцене холодно, серо и неуютно, как в нежилом пространстве "Соляриса" или "Сталкера". Странная парочка, увязавшаяся за девушками, оказывается незванными гостями в чужом доме, потому что просто замерзает на улице. Потом они начинают медленно оттаивать – сначала от горячительных напитков, а потом от опасной лжи, обернувшейся спасительной правдой.

Мальчик, назвавшийся сыном, на самом деле вырос без отца. И все-таки он войдет в эту семью, вопреки собственной лжи, уже как зять. Ведь даже у Вампилова, не склонного к оптимизму, любовь побеждает все. Однако менее всего постановка "Старшего сына" грешит сентиментальностью. Напротив, режиссер укоряет в этом экранизацию, отметая любые попытки сравнивать кино с этим спектаклем. "Мне кажется, что брать на роль Сарафанова Леонова, с его мягкостью, человечностью – это сироп", – говорит Богомолов.

Сиропа не будет. Все персонажи нарисованы без прикрас. Даже оправдания, вроде: "Не мы такие, жизнь такая", здесь не проходят. Дети эгоистично не желают замечать того, что отец не живет, а существует. Как, впрочем, и их соседка по лестничной клетке. Ее молодость – без энергии, а красота – без смысла.

Константин Богомолов, создавшийся целый ряд ярких режиссерских работ, в этом спектакле поступил еще отважнее. "Я сознательно не дал им никаких постановочных подпорок. Наоборот, все отдал только артистам, только на их игре все построено", – поясняет Богомолов. Мы начали разбирать. Было первое впечатление, потом много работали над пьесой и вернулись к тому, откуда начали. Значит, первое впечатление было верное", – добавляет актер Юрий Чурсин.

Первоначально эта пьеса называлась "Предместье", и этим все сказано. Все куда-то уезжают или стремятся уехать. однако провинциальное затишье остается в душе, пока не взбудоражит его неожиданный приезжий – то ли, правда, потерянный сын, то ли авантюрист с большой дороги...