13.11.2008 | 19:37

Балабанов показал "Морфий" журналистам

Новая киноработа Алексея Балабанова еще до выхода на экраны вызвала к себе весьма осторожное отношение. Режиссер экранизировал цикл рассказов Булгакова "Записки юного врача", когда-то переделанный в киносценарий Сергеем Бодровым-младшим. Памятуя об особенностях предыдущего фильма Балабанова "Груз 200", критики опасаются, что и ленту "Морфий" придется выпускать с беспрецедентным возрастным цензом – для тех, кто старше 21 года. Премьера назначена на 26-е ноября. Первыми картину сегодня посмотрели журналисты. Рассказывают "Новости культуры".

Безысходность и пустота, в которой барахтаются малосознательные герои, – вот стихия Алексея Балабанова. А еще он не любит интеллигентов. Его двенадцатый фильм "Морфий" не станет исключением из этого правила.

На дворе 1917-й год. Интеллигентный, талантливый и очень юный доктор попадает в глухую уездную больницу. Окно, из которого, он смотрит во двор, дает сильное искажение. Дистанция по отношению к пациентам, коллегам и миру со всеми его революциями у доктора огромная. Одинокого человека сыграл актер Театра Вахтангова Леонид Бичевин. "Он в вакуумном пространстве находится, в какой-то пустоте. Он приехал один, он жил один", – говорит актер.

Историю падения талантливого юноши Балабанов показывает вплоть до финальной пули. Однако "Морфий" – это кино не о драме личности. На человеческую природу Балабанов смотрит, как обычно, отстраненно. Сцен, которые могут заслужить эпитет "паталогоанатомические", в фильме много. Когда после натуралистично показанной ампутации фельдшер говорит доктору: "А может больше не надо?", зритель с ним солидарен.

Балабанов в "Морфии" позаботился о красоте кадра и исторической достоверности. Кажется, это было для него так же важно только в фильме 1998 года "Про уродов и людей". Только то кино было черно-белым, а это – цветное. И все же цвета оператор Александр Симонов сильно приглушил. Многие сцены сняты в темноте.

Историческая фактура сценария Сергея Бодрова-младшего когда-то помешала ему снять этот фильм. В 1990-е костюмное кино казалось слишком дорогим. Алексей Балабанов нашел заснеженную провинциальную натуру в городах Углич, Калязин и Мышкин. Вещи эпохи и популярную музыку начала века его команда подобрала с большимчувством стиля.

Для участия в фильме был подобран сильный актерский состав. Никита Михалков и Рената Литвинова от участия, говорят, отказались, но Ингеборга Дапкунайте, Сергей Гармаш и Андрей Панин в кадре появились.

И все же "Морфий" Балабанова – это не костюмно-исторический фильм и не экранизация литературного произведения. Это, как и "Груз 200", авторское кино неприятного, колючего режиссера с высокой чувствительностью к распаду личности и аморфности внешнего мира.

Читайте также:
Балабанов заканчивает съемки фильма "Морфий"