16.11.2008 | 18:10

Об истории музыкальных конкурсов

Официальная история музыкальных конкурсов началась сравнительно недавно. Как уверяют историки – в конце XIX века. Однако искушение "помериться" исполнительским талантом человечество проявило гораздо ранее. Но только в последнее время все чаще звучит вопрос – "А нужны ли, вообще, эти бесчисленные конкурсы?" Растущее конкурсное движение породило много проблем. О некоторых из них, а также о счастливой для российской музыки эпохе первых состязаний – "Новости культуры".

Cоздатель самого первого музыкального конкурса – пианист и композитор Антон Рубинштейн. В 1890-м году он – вместе с Чайковским – организовал в Москве состязание пианистов. Правда, их статус пионеров конкурсного движения можно и оспорить. Свои состязания еще в Средневековье устраивали уличные музыканты – менестрели и мейстерзингеры. Соревновались они в умении сочинять и тут же исполнять музыку. В конкуренции с коллегами был замечен и Иоганн Себастьян Бах. Правда, это соревнование, в котором участвовал еще и Телеман – сейчас назвали бы конкурсом на замещение вакантной должности органиста. Тогда и Бах, и Телеман проиграли музыканту, оставшемуся для истории мистером Икс. Новейшая история конкурсов началась в 1927 году в Варшаве. Здесь был проведен Конкурс пианистов имени Шопена. Выиграл его Лев Оборин. Он начал беспроигрышную серию советских музыкантов на первых международных музыкальных конкурсах. В 35-м году на Первом конкурсе Венявского победу одержал скрипач Давид Ойстрах. Два года спустя – в ранге народных героев - в Москву вернулись Эмиль Гилельс и Яков Флиер. Они открыли историю Конкурса Эжена Изаи в Брюсселе. 50 лет назад – с помпезностью и пышностью советских мега-проектов – был открыт Конкурс Чайковского.

Несмотря на блеск первых конкурсов, уже в 1982 году теледневник, посвященный состязанию, начался с вопроса: "А нужны ли конкурсы, поддается ли искусство оценке". С выводом – "что конкурс - не только итог, но и прогноз".

Сейчас итогов и прогнозов – великое множество. Свой конкурс есть почти у каждого крупного музыканта. Надпись "лауреат международного конкурса" на афише не значит почти ничего. С другой стороны, каждый крупный конкурс руководители оркестров ждут с нетерпением.

Михаил Плетнев, пианист, дирижер Российского национального оркестра: "От каждого конкурса жду появления каких-то новых имен, талантов. Солисты мне нужны хорошие".

Есть, конечно, таланты. Но в целом, я не могу сказать, что такой уж выбор великолепных интересных музыкантов. Может быть, я ворчу. Но мне кажется, что раньше их было больше.

За долгую конкурсную историю члены жюри выработали свою стратегию и тактику по нужному распределению мест.

Олег Скородумов, организатор Конкурса им. Чайковского: "Конкурента лучше всего срезать в первом туре, пока публика в нем не разобралась. Поэтому многие сильные слетают именно с первого тура".

Виктор Пикайзен, скрипач, лауреат I Конкурса им. Чайковского: "Я могу назвать вам первоклассных артистов, которые не получали премий".

Артур Рубинштейн не получил. И он потом говорил: "Я был 17-м, а где те 16, что были передо мной?" Так что конкурс – это не все.

Не все, но многое. Сейчас сольной карьеры без музыкального конкурса не сделать. Приходится укреплять нервы. И только став лауреатом престижного конкурса – а есть все-таки своя высшая конкурсная лига – можно на этом остановиться. Чтобы не приносить себя в жертву жюри, в последнее время все чаще выбирающим в победители крепких середнячков. Но и с этим приходится мириться. Конкурсы были, есть и будут. Для маленьких и больших. Привыкнуть к ним невозможно. Но можно научиться побеждать. И проигрывать.

Галина Вишневская, руководитель Центра оперного пения: "Если ты не победил – должен быть шок, от которого ты придешь в себя. Нужно начинать снова работать".

В конечном итоге все равно победит сильнейший. Даже если сделает это и не на конкурсе, а уже после него.