20.11.2008 | 19:37

95 лет со дня рождения пианиста Якова Зака

Интеллект, темперамент, внутренняя энергия и виртуозное мастерство – вот лишь несколько причин, по которым имя Якова Зака включено в список лучших пианистов мира. Еще при жизни музыканта его профессиональные наставления называли "уроками прекрасного" – в самом широком значении слова. На них выросло не одно поколение блистательных исполнителей. Сегодня исполнилось 95 лет со дня рождения Якова Зака. Рассказывают "Новости культуры".

Класс номер 29. Для пианиста Якова Зака двери этого кабинета открылись в 1932 году, когда выпускник Одесской консерватории поступил в Meisterschule – так называлась аспирантура при Московской консерватории. Он учился в классе Генриха Нейгауза, был его ассистентом, а спустя несколько лет стал преподавать. Он провел в классе номер 29 почти 45 лет.

Когда Яков Зак решил участвовать в конкурсе Шопена в Варшаве, Нейгауз в него не верил. Однако Зак не сдавался, самостоятельно учил шопеновскую программу и в 1937 году стал победителем Шопеновского конкурса. "До сих пор некоторые старые музыканты вспоминают его второй этюд – ля-минорный, коротенький, Шопена, как он его сыграл на конкурсе", – рассказывает народный артист СССР Николай Петров. Готовясь поступать в консерваторию Николай Петров выбирал, у кого будет учиться. Узнав о Якове Заке, понял: только у него. "Ругал меня нещадно, снимал с меня, как говорится, восемь шкур. И правильно, что он это делал. Спасибо ему, потому что я стал тем, что я сейчас представляю, конечно, благодаря ему", – признает Николай Петров.

Пианистка Любовь Тимофеева знала Якова Зака одиннадцать лет. Она была его студенткой в консерватории, аспиранткой, а потом и ассистентом. "Во главу угла ставился интеллект, интеллектуальные решения, чувство формы, проблемы ментальные. Насчет эмоциональности он был более сдержан. Это странно, он требовал от учеников огромной эмоциональности, страстности исполнения", – говорит народная артистка России Любовь Тимофеева.

Объясняя студентам материал, Зак часто проводил параллели между музыкой и живописью. "Он говорил, легато в музыке ему напоминает излом шеи у персонажей на полотнах Модильяни", – вспоминает профессор Московской консерватории Александр Меркулов.
ЗАКАДР: Эрудит в музыке, живописи, литературе, театре Яков Зак всю свою жизнь собирал альбомы по искусству и виниловые пластинки.

Когда восхищались тем, какая у Зака коллекция, он обижался и говорил: "Это не коллекция, это вся моя жизнь". "Безумно больно, нож по сердцу, что после его смерти все это ушло в никуда. Это все было или выкинуто, или распродано. Этого собрания (я не хочу говорить слова "коллекция"), его больше не существует", – говорит Николай Петров.

До глубины души преданный музыке, при этом в последние годы испытывавший непонятный страх перед сценой, Яков Зак для окружающих оставался замкнутым человеком, который никого не впускал в свою личную жизнь.