04.02.2009 | 12:49

Пророк вне своего Отечества – Питирим Сорокин

Сегодня исполняется 120 лет со дня рождения выдающегося социолога Питирима Сорокина. Будущий основатель кафедры социологии Гарвардского университета, первый президент Американской социологической ассоциации появился на свет в селе Турья Вологодской губернии. Введенные им понятия: "социальная мобильность", "социальная система" и "социокультурная динамика" – и сегодня не утратили своей актуальности. Труды Питирима Сорокина активно издаются по всему миру. Однако значение его фигуры не исчерпывается только научным наследием. Рассказывают "Новости культуры".

Питирим Сорокин – Ломоносов и Джек Лондон в одном лице. Он не только ввел понятие "социальной мобильности", но и показал, что это такое, на примере своей биографии. Сирота из коми-пермяцкой деревни, который после Февральской революции стал секретарем Керенского, а в 1922 году был выслан из России вместе с Бердяевым и Ильиным на печально известном "философском корабле". В эмиграции его судьба скложилась более гармонично: он открыл кафедру социологии в Гарварде, преподавал детям Рузвельта и Кеннеди, возглавлял Американскую социологическую ассоциацию, выращивал цветы, ловил рыбу и воспитывал сыновей.

"Отец любил этот дом, потому что рядом лес, в котором он гулял и думал",– рассказывает Сергей Сорокин. Он и сегодня сохраняет в неприкосновенности кабинет своего отца в городе Винчестер, штат Массачусетс. Родившись в Америке, вопрос родительской эмиграции он изучает по книгам. "Мнение о том, что революция способствует нравственной деградации населения, сделала его мыслителем, опасным для Ленина", – поясняет Сергей. Влиятельной фигурой Сорокин стал уже до революции. "Отец верил в то, что социолог должен проявлять социальную активность, выступать публично, говорить на темы дня на языке, понятном простым людям. Выпускал такие вот популярные пятикопеечные брошюры о самоубийстве, браке и так далее", – продолжает сын ученого.

Вадим Сапов со студенческих лет увлечен работами Питирима Сорокина. Он перевел и издал главный труд его жизни – "Социальную и культурную динамику". "Огромное четырехтомное сочинение, больше "Капитала" раза в полтора", – замечает переводчик и добавляет: "Слово "change" – изменение – любимое слово Сорокина". В отличие от своего коллеги по Гарварду Талкота Парсонса, Сорокин – социолог нестабильности, культурных сломов и кризисов. "Я ее перевел, но еще не издал. Эта книжка называется "Человек и общество в условиях бедствий"", – говорит Вадим Сапов.

Свидетель революции и двух войн выделил четыре главных социальных бедствия: преступность, войну, революцию и эпидемию. Война и голод для Питирима Сорокина не были теоретическими понятиями. В годы Второй мировой его семья участвовала в работе Общества гуманитарной помощи России. Карточки с обращением: "Помогая России, приближаешь победу" – рассылались американцам за подписью Сорокина.

Питирим Сорокин утверждал, что в истории человечества чередуются три культурных системы. Ориентированная на духовно-религиозные ценности "идеациональная" система сменяется материализмом чувственной культуры. Положительные стороны обеих можно найти в "идеалистической" культуре, примером которой может послужить эпоха Возрождения. Исследуя эту закономерность, Питирим Сорокин проанализировал двадцать пять веков человеческой истории. "Есть узкие специальности в социологии: социология искусства, социология войн и так далее. А он социолог всего, что больше всего интересует людей, живущих обычной жизнью. Он по возрасту младший современник символистов, человек той культуры. Когда приехал в Америку, он поразил всех своим знанием", – рассказывает Вадим Сапов.

Учебник Питирима Сорокина по истории социологии четверть века знакомил американцев с европейским научным контекстом. Свойство русского гения все соединять проявилось и в книге, завершающей интеллектуальную биографию Сорокина. "Вот это основной его труд – "Пути и могущество любви"", – показывает Сергей Сорокин. Понятие любви, по Сорокину, охватывает все типы человеческой солидарности. Его книга, изданная в 1950-е годы, предшествовала идеологии хиппи и завоевала последователей среди теологов. Книги Питирима Сорокина о любви и альтруизме еще не изданы на русском языке, да и сама фигура ученого, ставшего пророком вне своего Отечества, кажется из ряда вон выходящей.