23.02.2009 | 12:57

О работе над легендарным фильмом "Живые и мертвые"

Сегодня в России отмечается День защитника Отечества. 45 лет назад, в канун этого праздника, – тогда он назывался "День Советской Армии и Военно-Морского Флота" - на экраны страны вышел художественный фильм "Живые и мертвые". Для зрителя 64-го года эта киноэпопея, снятая режиссером Александром Столпером по трилогии Константина Симонова, стала откровением. Это была одна из первых попыток рассказать правду о Великой Отечественной. О том, как шла работа над легендарной картиной, - "Новости культуры".

Оператор Николай Олоновский и художник Стален Волков последний раз встречались полтора года назад в "Доме Ханжонкова" на праздновании столетнего юбилея режиссера Александра Столпера. Да и на "Мосфильме" они теперь бывают только в качестве почетных гостей, ветеранов Великой Отечественной.
В 41-м в войну вступили ТБ-3, И-16 - самолеты, на которых советские летчики сражались еще в Испании. Правда, в картине их заменили макетами и муляжами, но все остальное было настоящим. Был даже подлинный немецкий танк Т-4, правда, только один, остальная броня противника сделана из советских Т-34.

Винтовки и автоматы, снимавшиеся в "Живых и мертвых", советские и трофейные, по-прежнему исправно служат на "Мосфильме".

Кадров из картины "Живые и мертвые" в фойе "Мосфильма" не оказалось. Зато этажом выше в экспозиции, посвященной Великой Отечественной войне, нашлись и артефакты творчества, и фотокарточки ветеранов.

Николай Олоновский, оператор: "Эпизод с колесом. Сколько было мук с этим колесом. Артиста снимать это одно, а вот чтобы колесо проехало и упало именно там, сделав пируэт, это было очень сложно".

Чтобы снять такое кино и заставить содрогнуться миллионы, надо было лично пережить эту трагедию. Из исполнителей главных ролей фильма войну прошел только Папанов, но именно его кандидатура поначалу вызывала большие сомнения.

Николай Олоновский, оператор: "Какого Папанова! Он же дворников играет и управдомов! Так Ира, на свой страх и риск, одела Папанова, загримировала его, одела всю амуницию. И когда мы сидели, она открывает дверь и говорит: "Вот, предлагаю этого актера на Серпилина". Посмотрели, то, что надо".

За тем, как распределяются роли, Симонов следил лично. Он хотел, чтобы этот фильм был не о войне, а о людях. От дополнительного музыкального воздействия на зрителя Симонов тоже отказался принципиально. Звенящая тишина и свист пуль, вот музыка этой трагедии. Когда на худсовете Пырьев предложил Столперу закончить картину песней "Война священная", Симонов встал на дыбы. "Впереди еще целая война, - сказал он – "конец фильма будет только такой, или это не мой роман и не моя картина". Так и осталось. В финале фильма, как и в начале, звучат лишь позывные советского информбюро. Сигнал тревоги, ожидания и надежды.

Читайте также: Юрий Богомолов о фильмах с военной тематикой