14.06.2012 | 09:36

Чудом уцелевшие работы Анатолия Зверева выставлены в столичном "Новом Манеже"

Неисправимо и безгранично искренний художник Анатолий Зверев был допущен до сути явлений. Так о нем иногда говорят. Своим искусством он преодолевал один из парадоксов жизни, отмечая, что истинное искусство должно быть свободным, хотя это и трудно, потому что жизнь – скована. Жан Кокто называл его «китайским Домье», а Пабло Пикассо – лучшим русским рисовальщиком. Его наследие многочисленно – предположительно больше тридцати тысяч работ. Оно до сих пор приносит сюрпризы. С одного из них и началась история выставки «Зверев в огне», она открылась в столичном «Новом Манеже». Рассказывают «Новости культуры».

Смотрят на нас из огня и светятся обугленные листы богемно-анархической звезды нонконформизма, парят на черном фоне – умело подсвечены – словно Феникс, возрождены для выставки «Зверев в огне». Многие экспонируются впервые.

«Поскольку эти работы были в плачевном состоянии, очень долго у меня хранились, мало их видели, разве что самые близкие люди», – рассказывает дочь известного коллекционера Георгия Костаки, художник Наталья Костаки.

Дочь Натальи Костаки – Дарья – из этих близких людей. Выросла на рисунках Зверева, стала дизайнером, сделала каталог выставки, на открытии – радости не скрывает.

«Эти вещи все, которые лежали в папках где-то спрятанными были, они сейчас между собой общаются, они увидели свет», – говорит она.

Эти рисунки хранились на даче ее деда – Георгия Костаки. Накопленные за десятилетия дружбы дары плодовитого художника увлеченному коллекционеру от времени спрессовались в плотные стопки – это и спасло их во время пожара 76-го года. Только края обгорели. Чудо, конечно, но и выжившее чудом требует реставрации. Что-то своими руками сделала наследница опаленного наследия Наталья Костаки, художник по образованию. Но систематически все довели до ума, когда Полина Лобачевская задумала выставку «Зверев в огне».

«Нам понятно, что они шедевры, но как их экспонировать?», – задается вопросом галерист Полина Лобачевская.

Ответ на этот вопрос искал дизайнер выставки Геннадий Синев: «Материал тяжелый и своеобразный, обгорелый лист – его традиционным способом показать в паспарту, рамах невозможно, нужно было искать какой-то прием».

Прием нашли красивый и непростой – рисунки зажаты меж антибликовых стекол, подсветка точечная, легкие конструкции, с любой точки – многоплановость, по центральной оси анфилады – экраны: с анимацией, архивом, кино. В одном зале – выжившее в пожаре, в другом – портреты семьи Костаки, в третьем – портреты, автопортреты и поэтичнейшее видео Ираиды Юсуповой и Александра Долгина. Харизма художника Зверева подсвечена историей о чудесном спасении шедевров и талантом экспозиционной команды, – большая удача, но организаторы мечтают о большем.

«В процессе подготовки выставки родилась идея создания музея Анатолия Зверева», – рассказывает организатор выставки Наталья Опалева.

Возможно, он будет выглядеть не менее современно, чем выставка «Зверев в огне».

Читайте также: 

«Неопалимые» живописные шедевры Анатолия Зверева вернулись к жизни