05.06.2009 | 13:09

"Трехгрошовая опера" в постановке Кирилла Серебренникова

"Трехгрошовая опера" Бертольда Брехта в постановке Кирилла Серебренникова – одна из самых ожидаемых премьер Московского Художественного театра. Спектакль заявлен в программе гастролей МХТ в Санкт-Петербурге, именно там и состоится его официальная премьера. Не удивительно, что так называемые превью-показы в Москве проходят с аншлагом. Рассказывают "Новости культуры".

"Поверьте, мы ничего не сочинили. Все это было написано самим Брехтом в 1928 году", – говорят переводчики. Они лишь чуть-чуть адаптировали текст, который, кстати, выглядел революционным еще в те времена, когда пьесу ставил Таиров. С того времени многое изменилось. Например, Художественный театр. "Еще полвека назад это невозможно было поставить во МХАТе. Играли принципиально по-другому", – замечает Серебренников.

Серебренников считает, что самая большая беда с произведением Брехта-Вайля случилась на Бродвее, когда из обличительно-философского полотна скроили веселенький мюзикл. Вся команда, работавшая над спектаклем полтора года, знала: будет не до веселья. Бесконечные занятия по вокалу, хореография, трюки и бесконечный кредит доверия режиссеру.

Синхрон. Алексей Кравченко, заслуженный артист России
"Главное – режиссер Серебренников. Таких вообще нет. Не боюсь его перехвалить", – говорит заслуженный артист России Алексей Кравченко. "Наш музыкальный руководитель Маноцков – гений", – добавляет заслуженная артистка России Марина Голуб.

С одной стороны, стиль спектакля аскетичен: почти пустая сцена, полиэтилен, тележки из супермаркета. С другой – выразительные визуальные эффекты, каждый подчинен общему замыслу, создан ради драматической выразительности. Это выгодно отличает "Трехгрошевую оперу" в МХТ от многих западных спектаклей, которые в таком количестве привозят сейчас в Москву.

"Я бы очень хотела увидеть это из зала, я вам очень завидую", – признается актриса МХТ Ксения Лаврова-Глинка.

В финале абсолютно все зрители осознают то, что единицы чувствуют с самого начала спектакля. Героя Константина Хабенского предают близкие, и его публично казнят... Брехт оставил потомкам Евангелие двадцатого века. История та же, просто герои переоделись. "Сейчас 2009 год. Вот 2009 лет назад уже такая история была", – замечает заслуженный артист России Константин Хабенский. Бандит Мэкки с самого начала знает, что станет жертвой, и прощает своих убийц.

По залу ходят нищие. Люди, как всегда, стыдятся своего нормального человеческого рефлекса – подать милостыню, три гроша. Куда проще оставаться персонажами оперы нищих.