24.06.2009 | 11:38

"Пространственные иконы", или как найти дорогу к храму?

Мало найти дорогу к храму. Нужно знать, как и зачем он возведен. Обсудить эту проблему предстоит участникам Международного симпозиума "Пространственные иконы". Форум, организованный Российской Академией художеств, соберет в столице крупнейших отечественных и зарубежных историков и теоретиков искусства. Священное пространство как модель мира, обряд как прототип художественного перформанса. Изучать взаимоотношения земного и небесного будут на множестве примеров. Рассказывают "Новости культуры".

Красная площадь, Храм Василия Блаженного. Именно там в середине XVI века ежегодно происходило главное событие тех времен. На Вербное Воскресенье икона "Вход Господень в Иерусалим" будто бы оживала, но в этом не было никакого чуда.

Из Успенского собора Московского Кремля выходил крестный ход, во главе которого шел Иван Грозный. В одной руке он нес веточку пальмы, а второй вел под уздцы лошадь, переодетую под осла. На ней была белая накидка с пришитыми длинными ушами. На лошади сидел митрополит Макарий. Так, вместе с Иваном Грозным они входили в "Иерусалим".

"Иерусалимом" в то время называли "входоиерусалимскую церковь" Храма Василия Блаженного. Воспроизводя евангельское событие, царь и митрополит невольно участвовали в создании виртуальной – точнее, пространственной иконы. Иначе говоря, весь чин "Шествия на осляти" был динамическим воспроизведением того, что изображается на обычной иконе.

"Литургическое шествие – это соучастие в событиях. Оно теряет свой временной модус. Оно становится вечно значимым. Каждый из нас становится современником Входа Господня в Иерусалим. В этом принципиальное отличие богослужения от театра", – поясняет кандидат искусствоведения Нина Квливидзе.

Иван Грозный построил Храм Василия Блаженного в знак благодарности за одержанную победу над Казанским царством. Закрепить эту победу и придать ей сакральный – то есть высший, священный смысл, должна была икона "Благословенно воинство Небесного Царя", заказанная сразу после взятия Казани. Икона и храм были звеньями одной цепи. После венчания на царство Иван Грозный старался придать легитимность своей власти и своему новому титулу – прежде всего, в глазах европейцев. В Европе его долгое время именовали не царем, а всего лишь великим князем. Превращение Московского царства во вселенский центр православия, во главе которого был сам Грозный, – такова главная движущая сила той эпохи.

"Это была четко продуманная идеологическая программа утверждения православной веры. В самом центре иконы с огромным крестом – великий император Константин, а вслед за ним и Александр Невский, и Дмитрий Донской – то есть все святые, которые принимали участие не в завоевательных походах, а в утверждении основ православия", – рассказывает заведующая отделом древнерусского искусства Третьяковской галереи Наталья Шередега.

Даже печально знаменитые кровавые расправы Ивана Грозного в Новгороде, по мнению некоторых современных историков, можно списать на это гипертрофированное ощущение себя если не властелином мира, то, по крайней мере, грозным судией вверенной ему епархии – всей Святой Руси. Впрочем, вряд ли с таким подходом согласится большинство историков.