15.09.2009 | 12:52

35 лет назад власти разогнали "бульдозерную выставку"

Она получила название "бульдозерной", продержалась всего час и осталась в истории. Тридцать пять лет назад произошло событие, которое стало одной из вех в истории советского неофициального искусства. Выставка, организованная московскими художниками-нонконформистами на окраине Москвы, была разогнана властями. Тогда, в сентябре 1974, на пустыре в Беляеве вернисаж буквально сравняли с землей. С участниками и свидетелями тех событий встретилась корреспондент "Новостей культуры" и выяснила, что значит этот опыт для современных художников.

Не соцреалист – значит не выставишься. Не выставляешься – значит не художник. Не художник – значит попал под указ о тунеядстве. Так было в 1974 году. Оскар Рабин и еще двенадцать авторов боролись за свой профессиональный статус и за зрителя.

"Я даже заявлял: "Доведете меня до того, что разрисую пальто и буду из себя вешалку с собственными картинами представлять"", – вспоминает художник Владимир Немухин. Он рассказывает, как с Оскаром Рабиным и Александром Глезером ходил в городскую администрацию за разрешением выставиться на беляевском пустыре. "Они как-то не говорили ни да, ни нет, и это было странно", – добавляет художник.

Пересечение улиц Островитянова и Профсоюзная. Это сейчас там активное автомобильное движение, высотные дома и пешеходы, а в 1974 году на этом месте был пустырь. Неофициальные художники думали, что своей выставкой на окраине никому не помешают, но неожиданно оказались в центре событий.

"Мы стали разворачивать картины – заработали бульдозеры. До сих пор меня это поражает, как они на нас двинулись. В кабине было двое: бульдозерист, а с ним еще кто-то", – говорит Владимир Немухин.

Бульдозерный наезд властей на художников до сих пор остается поводом для конспирологических спекуляций и размышлений о хитроумном пиаре.

"Такое количество корреспондентов, камер привести на не совсем понятное событие – это нужно быть очень большим мастером", – замечает искусствовед Андрей Ковалев.

Кто бы этим мастером ни был, отчет о физической расправе над искусством на следующий день украшал не только полосы "New York Times". Те, кто чуть не попали под бульдозерный нож, предчувствовали перемену участи.

"Кого-то отвели в участок, но, помимо этого тоталитарного идиотизма, была радость, возможность этому идиотизму противостоять", – поясняет художественный руководитель Государственного центра современного искусства Леонид Бажанов.

Бульдозер дал задний ход. Через две недели после беляевского инцидента власти разрешили выставку в Измайлово. "Мы добились большего, чем просто выставиться. Была открыта живописная секция при горкоме графики, где стали проходить постоянные выставки, и неофициальное искусство перестало быть неофициальным", – отмечает Владимир Немухин.

"Бульдозерная выставка" – символ уникальной социо-культурной ситуации, в которой искусство, по сути, неполитическое, неожиданно обрело и политический вес, и общественную значимость. Чтобы потребитель искусства осознал себя гражданином, и сегодня приходиться идти на крайние меры.

"Мы распространили такие фейк-пригласительные на выставку "Вы арестованы", где конечным адресом было указано отделение милиции", – говорит художница Александра Галкина.

В проекте "Вы арестованы" мастера искусства выставили исполнительную власть и потребителей искусства друг перед другом. Ни бульдозеров, ни СМИ на этот раз не случилось. Акция прошла незамеченной. Сегодня на месте профсреды – рынок. Даже молодые и левые выставляются в дорогих галереях. Им приходится лавировать между официальным искусством и неофициальным.

"Если ты только официальный, то тебя присваивает галерея, сажает на контракт. Если ты в андеграунде, тебя просто нет, не существует", – поясняет художник Давид Тер-Оганьян.

Со времен "бульдозерной выставки" система изменилась, но борьба художника за право быть услышанным не утратила драматизма.