03.10.2009 | 22:30

Марина Тарковская принимает поздравления с юбилеем

Марина Арсеньевна Тарковская – писательница, дочь поэта, сестра режиссера - принимает сегодня поздравления с юбилеем. Но даже свой праздник воспринимает как еще один повод вспомнить о близких. Ее отцу принадлежат строфы: "Я кончил книгу и поставил точку. И рукопись перечитать не мог". С семейными рукописями, дневниками, документами и архивами Марина Тарковская работает уже много лет - занимается организацией дома-музея семьи. О Тарковских "из первых уст" немало интересного узнали "Новости культуры".

Арсений – поэт. Андрей – кинорежиссер. Марина – дочь и сестра, еще одна из рода Тарковских.

Марина Тарковская, писатель: "Вся жизнь, уже после Андрея, конечно, была подчинена работе как бы в память семьи. Чтобы не было этих наложений, искажений каких-то. Чтобы как-то их очистить от пошлости, которая их окружала во многом. Я считала, что я призвана это сделать. Чтобы собрать историю семьи, приходилось, во-первых, ездить, встречаться с людьми, работать в архивах. Я в РГАЛИ очень много работала".

Больше всего мифов пришлось развенчивать об Андрее Тарковском.

Марина Тарковская, писатель: "Он знал себе цену, а официальное начальство кинематографическое его всячески унижало тем, что не признавало его проекты, не давало ему снять, что хочется. Появились и горечь, и раздражительность. Он был твердо убежден только в своем творчестве. Вот в этом он был непоколебим совершенно".

Но с отцом все равно всегда советовался. В том числе - и по поводу своих картин. Прежде чем приступить к съемкам "Андрея Рублева", прислал Арсению Александровичу сценарий.

Марина Тарковская, писатель: "Андрею Тарковскому нужно было рассказать о художнике, не только средневековом русском иконописце, но и о современном художнике. И киноначальство очень хорошо чувствовало это. А папа, когда писал письмо-рецензию об этом сценарии, говорил только об иконописце и говорил, что какие-то вещи недопустимы для поведения монаха-иконописца. И такой акт, который был написан в сценарии, что Андрей Рублев разбивает иконы. Это было совершенно недопустимо для иконописца того времени. В фильме остался жест Рублева, который оскверняет эту белоснежную стену черной краской.

К словам Арсения Александровича близкие прислушивались всегда. Так в семье появился еще один писатель – Михаил Тарковский.

Марина Тарковская, писатель: "Папа однажды услышал его стихи и сказал: "Миша – пиши". Это было для него, конечно, очень важно. Дедушкино одобрение, потому что дедушка был очень строг".

К себе и к своей семье, в которой испытание медными трубами прошли, кажется, все.

Марина Тарковская, писатель: "Слава нужна, нужна известность. Поэту особенно. И режиссеру, потому что это тоже искусство, творчество. Фильм делается для того, чтобы его увидели зрители".

Самой Марине Арсеньевне известность, как она говорит, только мешает. Ей не нужны главные роли. Роль хранительницы традиций семьи Тарковских ее вполне устраивает.