20.10.2009 | 11:08

В МАРХИ чествуют "русского Гауди"

Сегодня в Московском архитектурном институте открывается международная конференция, посвященная 150-летию со дня рождения Федора Шехтеля. Его называют "отцом русского архитектурного модерна", "человеком-стилем" и даже "русским Гауди". Последнее определение довольно спорно, очевидно другое: без работ этого зодчего облик столицы был бы совершенно иным. Московский художественный театр, особняки Рябушинского и Морозова, кинотеатр "Художественный" и Ярославский вокзал – это знаковые для города здания. В путешествие по "шехтелевской Москве" отправилась съемочная группа "Новостей культуры".

Ярославский вокзал. Самое известное творение Шехтеля. Сказочный теремок из русских народных сказок. Спроси сейчас любого, никто не догадается, откуда здесь взялась башенка на этом здании…
Федор Шехтель вдохновлялся именно башнями московского Кремля. По ту сторону Кремлевской стены Шехтель и сам планировал грандиозное архитектурное сооружение. За право построить на Красной площади мавзолей Ленина боролись все более менее известные архитекторы того времени. Шехтель предложил экзотический вариант – похоронить вождя пролетариата как… египетского фараона, в 20-метровой пирамиде.

Ректор Московского архитектурного института Дмитрий Швидковский рассказывает: "Смерть человека, переломавшего Россию, была настолько грандиозной, космической, что архитекторы не могли не откликнуться. Именно с этим связано много образов. Именно поэтому Шехтель обращается к такому космическому образу как пирамида".

Победил, как известно, проект Щусева. Впрочем, Ленин еще при жизни имел возможность оценить творчество Шехтеля. Он жил в доме, который, правда, не построил, а всего лишь переделал Шехтель. Это тот самый дом в Горках. Особняки, которые строил Шехтель, принадлежали "селебрити" своего времени – банкирам, промышленникам, меценатам.
Дом старообрядца Рябушинского – здесь жил, творил и умер писатель Горький.
Светлана Демкина, заведующая музеем-квартирой А.М.Горького, рассказывает: "Художественный вкус Горького, его отношение к искусству, литературе, ко всем жанрам внутри искусства, противился излишеству – художественному, декоративному…"

Живя в доме миллионера Рябушинского, Горький даже не подозревал, что на последнем этаже – скрытая от постороннего взгляда старообрядческая молельня. "Когда Шехтель строил для Степана Павловича Рябушинского, он замаскировал, зашифровал эту семейную молельню в контур дома, снаружи ее невозможно увидеть", - открывает тайну особняка Светлана Демкина.

Теперь в шехтелевских особняках или музеи, или посольства. Дом самого архитектора сразу после революции был национализирован. В нем устроили приют для трудных подростков.

"Федор Шехтель был вынужден переехать в квартиру своей дочери на улице Чехова, 25, нынешняя малая Дмитровка, и там, в уже уплотненном варианте закончились его дни", - говорит архитектор Федор Ращевский, праправнук Шехтеля.
По словам праправнука архитектора, Шехтель искреннее пытался адаптироваться к новой жизни. Создавал проекты крематория, Днепрогрэсса, памятника 26 бакинским комиссарам, но все это нереализованные проекты Шехтеля. "Строя такие вещи, как особняки для богатейших людей, он не был настроен на создание дешевых массовых вещей", - объясняет эту работу "в стол" Дмитрий Швидковский.

"Я строил Морозовым, Рябушинским, Фон-Дервизам — и остался нищим. Глупо, но я чист", — говорил в конце жизни Федор Шехтель.