30.10.2009 | 23:42

Малый драматический заставил детей плакать

Фестиваль театра для детей совпадает с осенними школьными каникулами и носит немного легкомысленное название –"Большая перемена". Впрочем, открывал его очень серьезный спектакль очень серьезного и совсем не детского театра. Петербургский Малый драматический театр показал свою знаменитую постановку "Муму" по прозе Тургенева. В репертуаре театра этот спектакль режиссера Вениамина Фильштинского появился в 1984 году – на год раньше, чем легендарные "Братья и сестры" Льва Додина. Он доказывает, что театр для детей может быть очень качественным. Рассказывают "Новости культуры".

Каким должен быть театр для детей? При всей любви к современности Эдуард Бояков ссылается на классиков: "Станиславский ответил на этот вопрос: "Таким же, как взрослый, только лучше"".

В Художественном театре Станиславского была "Синяя птица", у додинского Малого драматического есть свой образец – "Муму". Спектаклю о рабстве и человеческом достоинстве уже 25 лет. Изменилось многое, неизменна реакция зрителей.

"Каждый раз, когда кто-то из детишек в первом ряду плачет, – умиление", – заверяет актриса Лия Кузьмина. Она играет Татьяну, в которую влюблен Герасим, с 1984 года. Петр Семак – додинский король Лир – на роль Герасима ввелся всего год назад. "Очень хочется заговорить, безумно", – признается народный артист России.

Роль у Семака – хоть и без реплик – говорящая. Он глыба, богатырь, человек дела, высоко стоит над абсурдом, подобострастием и бессмысленной суетой. Барскому двору, с его сплошной скукой, ленью, рабством, противостоят странники – бродячие певцы и пересмешники. Они представляют дворню в пародийном ключе.

Традиционной симпатией зрителей пользуется исполнительница роли Муму. Петербургскую собаку Ромашку в связи с преклонным возрастом в Москву не отпустили. В Москве нашли дублершу Лику. "Когда топить пошел, боялся что укусит", – говорит Петр Семак.

Лика не укусила, вела себя, как и подобает артистке. Благо в этой постановке основная ставка сделана вовсе не на очарование животного.

"Конечно, дети воспринимают только внешнюю часть – собачку жалко. Но вообще-то это спектакль о рабстве", – замечает Лия Кузьмина. И узнать об этом нужно лет в десять, не позже.