12.10.2012 | 20:01

"Генацид. Деревенский анекдот" на сцене "Современника"

В «Современнике» готов к премьерному показу новый спектакль «Генацид. Деревенский анекдот». В его основе – роман современного писателя Всеволода Бенигсена. Для сцены его переложил молодой режиссер Кирилл Вытоптов. Слово «генацид» в названии постановки пишется через букву «а». Что скрывается за ошибкой в написании, первыми узнали журналисты. Рассказывают «Новости культуры». 

До последнего, пока не откроется занавес, артисты друг другу напоминают, кто за кем говорит. Материал сложный, героев много, только финалов было штук шесть. Режиссер Кирилл Вытоптов в зал спустится, лишь когда услышит главное: «Весело, с удовольствием друг для друга».

Одна в мечтах о свадьбе, другой – о путешествиях, многие вообще без мечты. Каждый день похож на другой: от застолья до драки. Село как село, но в него вдруг пришел «генацид», через «а» – сокращенно от государственной единой национальной идеи. 

За три недели каждый наизусть должен выучить отрывок из русской классики. Начальник почты – стихи Блока, продавщица – сцену первого бала Наташи Ростовой, плотнику Гришке, знающему вообще-то мало цензурных слов, достались Хлебников и Крученых. 

«Любая вещь при нашем менталитете может стать объединяющей. Можно взять любую идею, и с нашей энерегией человеческой можно объединить на определенном этапе чем угодно. Самое главное, что в каждом из людей, которые населяют нашу страну, накапливается столько вопросов, на которые хочется найти ответы, что, когда на эту почву попадает литература, понятно, что она что-то переворачивает», – поясняет режиссер Кирилл Вытоптов.

К спектаклю готовились долго – специально ездили в небольшие города, людей на улице просили проговорить фрагменты, понять, как отзывается текст, как он звучит. Хоть отрывки известны – все-таки классика, литературной речи на сцене «Современника» нет. «Окают» все. Говор придумал актер Дмитрий Смолев – так разговаривают в его деревне в Коми-Пермяцком автономном округе. Внешний облик героев тоже искали в жизни. Свою почтальоншу с такой же прической актриса Клавдия Коршунова увидела в Москве. 

«Конечно, я иронизирую над ней, отношусь с юмором. Могу в чем-то ее критиковать, но, конечно, я ее очень люблю. А потом я же делаю это от себя, это и моя сущность – неуклюжая, простоватая ощетинившаяся», – говорит актриса Клавдия Коршунова.

То ли бревна, то ли бумажные свитки вдруг превратятся в библиотечные полки в тот самый момент, когда жители села Большие Ущеры вдруг заговорят, как Наташа Ростова и Нина Заречная. Когда село вдруг разделится на два лагеря – рифмачей и прозаиков, те, кто никогда не читал, вдруг увидят себя в книжных героях и поймут: и сто, и двести лет назад все эти вопросы уже задавались. 

«Главное поставить себе эту планку и обязательно ее перескочить. Порой мы в жизни ставим, но не допрыгиваем. Опять же не достает духовных сил или физических, и тогда идея сама себя поедает. Я не обвиняю никоим образом в чем-то интллегицию, не дай Бог. Я говорю о том, что человек несовершенен, он бывает слаб», – заверяет актер Илья Древнов.

Жесткий финал романа Всеволода Бенигсена режиссер Кирилл Вытоптов изменил и дал свою трактовку – во что может превратиться идея, не просто единая и национальная, вроде – нужная и благородная, но когда в нее бросаются, становятся не только защитниками, а уже кажется и пророками.