22.04.2018 | 19:40

"Бал-маскарад" в Большом театре. Премьера недели

Современная публика живо реагирует на пометку «романтический триллер», а опера Джузеппе Верди «Бал-маскарад» - это он и есть. Во всяком случае, так считают в Большом театре, который вернул на свою Историческую сцену этот спектакль. Смотрите, что говорил итальянский критик Густаво Маркези: «Это бал на краю преисподней». Или вот цитата: «Взрыв любовного дуэта на ужасном поле казней, где жизнь пробивается лишь в виде горькой проклятой травы». Популярность этой оперы приобрела какие-то космические масштабы. Астероид, говорят, назван в честь одной из её героинь, колдуньи Ульрики. Премьера спектакля, который вернулся, состоялась два дня назад. Анна Галинская продолжит.

Тот пистолет, что должен выстрелить, на сцене появляется еще до первого акта. Готово шампанское, расставлены кресла - пять минут и бал-маскарад начнется. Публике обещан Верди, приправленный Хичкоком, отсюда маски птиц и неопределенная тревога. Чувствуется и в зале тоже.

«Я не могу говорить про свои спектакли. Этого нельзя делать, это плохая примета», - считает генеральный директор Большого театра Владимир Урин.

Ни у одной оперы Верди не было столько проблем с цензурой. Это бостонская версия. У композитора была еще одна, где речь идет об убийстве шведского короля Густава III. Накануне ее премьеры в 1858-м произошло покушение на Наполеона III. Власти Неаполя решили, что сюжет может вдохновить на восстание, так что либретто не пропустила цензура. Чтобы спасти оперу, Верди перенес место действия в Америку и жертвой сделал не короля, а губернатора. Под испорченным либретто автор Антонио Сомма решил не подписываться. Вместо его инициалов ставились буквы NN, несмотря на то, что сама история осталась неизменной: Ричард погибает от руки друга, в жену которого был влюблен. В роли Ричарда - Джорджио Берруджи.

«У этого персонажа очень много граней. Он непростой. Человек власти, который показан в своей личной истории. Эта любовь к женщине, которая недостижима, разрушает», - отметил тенор Джорджио Берруджи.

За силу и способ разрушения ответственный Давиде Ливерморе, работавший с Доминго, Каррерасом и Паваротти, ставивший для Ла Скала и Римской оперы, он известен своим новаторским стилем. На этот раз за эстетикой обратился к королю саспенса.

«Хичкок просто научил нас, как чувствовать психологическую драму, как ее рассказывать - драму, которую проживают герои не только в своей душе, но главным образом в голове. Все эти темные краски, весь этот триллер для того, чтобы подчеркнуть романтизм. Ведь это самая романтическая опера Верди из всех», - настаивает режиссёр-постановщик Давиде Ливерморе.

Надя Крастева пела в разных постановках - и в Вене, и в Берлине, и в Тель-Авиве, но никогда еще ее героиня-гадалка не была китаянкой.

«Очень интересно. Из всех опер Верди это единственная паранормальная партия Ульрики. Я ее очень люблю», - призналась меццо-сопрано Надя Крастева.

Спустя 12 лет «Бал-маскарад» снова на Исторической сцене. Верди наконец занял свое место в репертуаре театра. Итальянская опера в постановке итальянцев - этого стоило подождать.

Новости культуры