04.01.2010 | 10:21

Книжная серия "Нобелевские номинанты в области русской литературы"

Скоро на прилавках появится книжная серия "Нобелевские номинанты в области русской литературы". Она посвящена отечественным литераторам, которые были в одном шаге от высокой награды, но все же уступили другим претендентам. Список выглядит довольно внушительно: Мережковский, Набоков, Паустовский, Ахматова. С 2003-го года в нем значится и поэт Константин Кедров. Его двухтомник откроет новую серию. С автором встретились "Новости культуры".



О своем членстве в списке на Нобеля Константин Александрович узнал случайно. Произошла утечка закрытой Нобелевской информации в прессу.

Константин Кедров, поэт: "Оказывается, Паустовский, Ахматова были там. Хорошая компания. Я вот сам – на 7-м небе, что в таком кругу".

Двухтомник представляет Кедрова-эссеиста и Кедрова-поэта. Это - ретроспектива. Сам Константин Александрович констатирует: с 57-го года - каким он был, таким он и остался.

Том эссеистики открывает "Звездная книга". В этой статье Кедров впервые вводит понятие метакода – системы символов, пронизывающих весь мир – и духовный, и материальный.

Константин Кедров, поэт: "Я рассматриваю звездный код – и в фольклоре, и в теории относительности. Все едино. К этому пришли Хлебников и Есенин".

В 82-м статья чудом попала в "Новый мир" и стоила автору преподавательской карьеры в Литинституте. Сегодня – ситуация не столь угрожающа. Но Константин Александрович вполне отдает себе отчет в том, что также вошедшая в сборник последняя его работа – "Новый альмагест" - диалоги с Хлебниковым, Эйнштейном, Лобачевским – вряд ли для широкой публики. Не каждый читатель сегодня в названии статьи Кедрова "Противление злу ненасилием" уловит перефразирование известного толстовского тезиса.

Константин Кедров, поэт: "Если тогда надо было прорываться сквозь запрет, то сейчас – сквозь невежество, это результат запретов".

И все-таки ближе сердцу поэта – первый том, "Дирижер тишины". Это стихи: лучшее и самое любимое.

Константин Кедров, поэт: "Я все время пытаюсь объяснить свои личные переживания. Но они объективны. Человек живет и вечной, и временной жизнью. На стыке возникает поэзия".

"И важно, чтобы, независимо от того, понятна поэзия или не очень, - она была доступна, ждала своего часа в виде книжки – буквально на расстоянии вытянутой руки", - считает Константин Александрович. С этой точки зрения серия "Номинанты Нобелевской премии" - очень полезна. Ну, а сам Кедров занят тем временем подготовкой своего полного собрания сочинений. Это будет шесть или семь томов.