12.01.2010 | 19:44

Иван Поповски. Полет нормальный

Режиссер Иван Поповски родом из Македонии. В 1988 году он приехал в Россию учиться и не думал, что останется здесь надолго. За это время снискал репутацию интересного и думающего режиссера. Он постоянно работает в нескольких театрах Москвы, ставил даже в Большом. Мастер с одинаковым удовольствием работает и в драме, и в опере. С режиссером встретились "Новости культуры".

"А, поймали сразу. Не успел зайти", – говорит он съемочной группе.

"Спасибо, что мне подняли настроение с первого раза", – а эти слова адресованы уже работникам Театра Елены Камбуровой.

Режиссер Иван Поповски размышляет о том, как в спектаклях заменить живой огонь на искусственный. Новые требования – новые заботы.

Забот у Поповски хватает. Три театра – "Мастерская Петра Фоменко", Центр оперного искусства Галины Вишневской и Театр Елены Камбуровой, которые он воспринимает, как три дома. По-другому не может и не хочет.

"По поводу театра-дома – это мечта у каждого актера, каждого режиссера – найти такое убежище, где можно уткнуться и заниматься, чем хотелось бы", – поясняет он.

В России Поповски занимается тем, чем хочет. Вначале учился ставить, а теперь научился и ставит спектакли. В Москве ему комфортно, хотя он с дрожью он вспоминает свои первые впечатления.

Мама Ивана, которая привезла сына в суровую Россию, не раз выслушивала один и тот же вопрос. "Некоторые ей говорили – как бросила ребенка? А она: "Пусть плавает, как сможет"", – рассказывает Поповски.

Иван поплыл – и без неприятных ощущений – уже через неделю, как только начались занятия в ГИТИСе. Поповски учился у Петра Наумовича Фоменко. Ситуацию поначалу осложнял языковой барьер – Иван не знал русского.

"Первый месяц учебы. Вроде, ребята говорят, что хвалит. А у него брови опущены. Или, наоборот, с таким лицом, а ругает", – вспоминает он.

Впрочем, ругал Фоменко реже, чем хвалил. А потом в его "Мастерской" Поповски и вовсе стал своим человеком. Сейчас как раз репетирует "Алису в зазеркалье".

Теперь Иван свободно общается с актерами на русском и со смехом вспоминает, как когда-то пытался в метро узнать, когда была построена одна из станций – до или после войны.

"Дальше были пантомимы: Фашисты, Гитлер, до или после?" – рассказывает он.

Поповски ставит в Лилле, Нью-Йорке, в Москве. В Большом с Ростроповичем работал над "Войной и миром" Прокофьева. Событий в его жизни хватает, но он все равно скучает по родной Македонии. Высчитывает, что в Москве уместилось бы ровно восемь Македоний. И – по возможности – старается показывать на родине то, что делает в России. Несколько лет назад в Скопье он привез артистов Оперного центра Галины Вишневской. Зрителей было столько, что Ивану с трудом удалось купить билет даже для своей мамы.

Прожив 21 год в России, Иван Поповски уже запутался в том, чем ему гордиться. "Горжусь, что я оттуда. И горжусь, что я здесь основательно осел", – размышляет он.

Поповски любит цитировать слова своего учителя Петра Фоменко: "Есть программа полета, а теперь нужен сам полет". Полет самого Ивана Поповски проходит нормально.