20.01.2010 | 00:00

Алексей Герман-старший и Алексей-Герман-младший, Александр Сокуров о Федерико Феллини

Сегодня выдающемуся итальянскому кинорежиссеру Федерико Феллини исполнилось бы 90 лет. Телеканал "Культура" показывает художественные фильмы "Амаркорд" (23 января в 22:20), "Джульетта и духи" (24 января в 23:05) и премьеру документального фильма "Разговор с Феллини" (23 января в 00:20). Накануне этой даты отечественные режиссеры Алексей Герман-старший и Алексей-Герман-младший, Александр Сокуров рассказывают о том, что для каждого из них означает фигура Федерико Феллини и как рассматривают они творчество великого итальянского режиссера в контексте мирового кинематографа.

– Какое место занимает Феллини в современном мире?
Алексей Герман-старший: "Творчество Феллини – величайшее явление киноискусства на Земле, настолько оно самобытно и удивительно. Оно стало частью моей души, моей жизни. В России есть великие писатели. Их не так много. Для меня самая крупнейшая величина в литературе – Гоголь. Он самый русский писатель, он поймал жизнь, построенную не на реальности, а на парадоксах, на бреде. Феллини принадлежит к этому же типу художников. Никакого величественного "подъезда" к Риму, никакой потрясающей панорамы, которую снял Феллини в своей картине "Рим", на самом деле нет. И фрески в жизни так не рассыпаются. Но надо быть Феллини, чтобы, создавая образ великого города, создать великую панораму. Это величие существует и в картине "Амаркорд". Ведь, гигантский пароход, какого не бывает на свете – это восприятие, а не реальность. Это сильнее, чем реализм. Это божественное сошествие духа.
Один из сотрудников Феллини мне как-то сказал: "Вообще-то Федерико был большой врун". Это было так странно, все равно, что услышать такое про Юлия Цезаря. Но в этой фразе отразилась вся невероятная фантазия Феллини, его дар обострять события, доводить их до гиперболы".

– В чем заключается феномен Феллини? Как, по-вашему, его фильмы изменили мир?
Александр Сокуров: "Феллини – самое прекрасное, что может быть в кинематографе. Это воплощение кино как искусства, универсальный талант, отмеченный огромной искренностью, жизнелюбием. Это подарок Италии миру, в первую очередь Старому Свету. Знакомство с его творчеством – один из самых счастливых моментов моей жизни. Когда мои фильмы запрещались, чтобы меня поддержать, на студии мне поручили подготовить к выпуску "Корабль плывет". Это было настоящее счастье – слышать черновые фонограммы, видеть всю ткань фильма. В искусстве не так часто бывает, что появляется незаменимый автор. Феллини абсолютно незаменим. Если бы его не было, то развитие кино, его художественной сущности, значительно задержалось бы. Он маэстро, великий автор".
Алексей Герман-старший: "Италия на самом деле – совсем не то, что видят туристы. Это не Милан, не Флоренция, не Венеция. Однажды я попал на Сицилию, в тамошнем аэропорту потеряли наш чемодан, нам сказали, что он улетел в Милан. Мы четыре часа сидели в духоте в ожидании обратного рейса из Милана. Вниз от здания аэропорта вела лестница, и по ней шли люди. Это были настоящие персонажи Феллини: коротконогие, накрашенные, пузатые, прелестные, злые, большие, маленькие. Я наблюдал за ними и вдруг обмер - в этот момент я понял, почувствовал Италию. Я сказал своей попутчице: "Светлана, спускайся по этой лестнице, наш чемодан стоит там. Он не улетел ни в какой Милан". Мы пошли вниз – и чемодан действительно там стоял".
Алексей Герман-младший: "Крупных фигур, которые сопоставимы с великими художниками прошлого, в истории кинематографа не так много, назову лишь основные имена: Чаплин, Бергман, Феллини. Всем троим удалось создать кино, которое прозрачно для восприятия, затрагивает глубинные переживания, и в то же время является подлинным искусством. Феллини же нашел ту самую тонкую грань, сделав великое кино понятным".

– Насколько нынешний зритель готов к восприятию картин Феллини, насколько понятны они ему?
Александр Сокуров: "Готовы далеко не все, но для большинства картин Феллини сегодня в России есть зритель. Однако для наших молодых зрителей многое в языке Феллини, к сожалению, закрыто. Если только не будут предприняты какие-то чрезвычайные усилия, чтобы освободить сознание зрителей от всей той требухи и отрубей, которыми сегодня изобилуют экраны в России".
Алексей Герман-младший: "Восемь с половиной", "Сладкая жизнь" всегда воспринимались сложно. Но, к примеру, "Амаркорд" был понятен. Большинство фильмов, которые мы видели с детства, родились из "Амаркорда", из этой традиции выстраивать кино из своих детских воспоминаний, снов".

– Остаются ли у Вас вопросы, когда вы смотрите Феллини?
А. Герман-младший: "У меня нет никаких вопросов. Феллини выплеснул в мир все, что в нем жило. Он понимал: для того, чтобы делать в творчестве, в искусстве, следующий шаг, надо избавляться от того, что тебе не дает жить – того, что тебе снится, мучает, от того, на что ты не можешь найти ответ".

– Меняется ли восприятие его фильмов от просмотра к просмотру?
А. Сокуров: "Меняется в том смысле, что становишься все мудрее и мудрее. Некоторые его картины я смотрел по три раза, что большая редкость для меня. Его язык совершенно не стареет. Он всегда на шаг впереди тебя, его невозможно опередить. Я воспринимаю его фильмы как целостную художественную ткань, принимаю его мир, иду за ним. За Феллини стоит неисчерпаемая, божественная итальянская культура.
Я завидую тем, кто когда-то впервые будет смотреть его картины. И волнуюсь за то, сколько будет таких людей. Сегодня миллионы зрителей разучились быть в диалоге с автором. В современном кино режиссер – некий кормчий, который выше, лучше и умнее зрителя. Он фантазирует, показывает фокусы с привлечением электроники, экспериментирует с физиологическими способностями публики. А европейский кинематограф прошлых десятилетий, прежде всего, рассчитан на диалог, воспринимая зрителя как достойного и равного собеседника. Кинематограф Феллини уважает в человеке человека. Он равен человеку. Это человеческое кино".

– Есть ли среди фильмов Феллини главный?
А. Сокуров: "Я не могу выделить ни одну из его картин. В каждой из них есть особая интонация и что-то, чего нет в других. Они – главы одной большой книги, которую надо прочесть целиком. В мире очень мало режиссеров, у которых столь разные фильмы. Феллини – мастер реалистического кино и, в то же время, блестящий мастер формальных приемов. Он может показать море, как колышущуюся ткань, например, как в фильме "И корабль плывет", и мы будет верить героям, которые на самом деле плывут в искусственной лодке в павильоне. И еще – Феллини все прощает, он очень добр. Он очень христианский художник".
А. Герман-младший: "У Феллини много фильмов, и все они равновелики. Заслуга Феллини в том, что он разный. Его кино – цветное и черно-белое, рассказанное разными способами, с разной ритмикой. Большинство режиссеров повторяются в своем творчестве, ему же удавалось невозможное, недостижимое – не повторяться".

– Какое место среди картин Феллини занимает "Амаркорд"?
А. Герман-старший: "Сегодня кино стремительно перестает быть искусством. Кто-то даже дал формулу современного кино: "Это не искусство, а зрелище за деньги". В картинах Феллини, в том числе в "Амаркорде", есть кадры, которые навеки сделали кино искусством. Феллини – это недосягаемая высота, и на этой высоте сияет "Амаркорд". Когда смотришь этот фильм, даже зная наизусть каждую сцену, все равно каждый раз сжимается сердце".
А. Сокуров: "Такой фильм человек снимает тогда, когда прожита большая часть жизни и уже невозможно вернуться в прошлое. Поэтому автор бесстрашен и искренне говорит о том, что считает нужным, не беспокоясь, что его не так поймут, и поймут ли вообще. Такой искренности, открытости нет ни в русском, ни в американском кино. "Амаркорд" очень близок итальянской литературе – он построен в виде новелл, как в эпоху Возрождения. Увидев его впервые, я испытал счастье. В искусстве не так много жанров, которые одаряют нас таким чувством. Кино на такое способно".
А. Герман-младший: "Амаркорд" – это сама Италия. Когда попадаешь в небольшой итальянский городок, обязательно находишь черты этого фильма, всегда сравниваешь увиденное с лентой. И еще: когда садишься смотреть "Амаркорд" в очередной раз, думаешь, вот я напрягусь, и у меня получится почти так же, получится прорваться туда. А когда заканчиваешь смотреть, понимаешь – не получится даже приблизиться. Никогда. Он (Феллини) такой один!".

****
А. Герман-старший: "Смерть Феллини – это беда для всего кино. Лучше всего об этом сказано у Давида Самойлова:
"Вот и все! Смежили очи гении.
И когда померкли небеса,
Словно в опустевшем помещении
Стали слышны наши голоса".