15.10.2012 | 11:09

Традиции и сегодняшний день военного кино

Юрий Озеров – один из самых известных режиссеров военного кино. Его «Освобождение» посмотрело более полумиллиарда человек в 125 странах мира. Фронтовик, при штурме Кенигсберга он загадал – «если останусь жив, то обязательно расскажу всю правду о войне». С тех пор взгляд кинематографистов на военное кино существенно изменился. О трансформации жанра – в репортаже «Новостей культуры».

Съемочная площадка – как поле сражений, масштабы один к одному, но война не с начала и не с поражений, госзаказ на Победу, отсчет от Курской дуги. В «Освобождении» Озеров форсирует Вислу, берет Бухарест, Будапешт и наконец-то Берлин – на экране проходит то, что четверть века назад было в жизни, но здесь он – командующий, под началом две армии, больше трех тысяч солдат. Ассистентом у Озерова тогда был Андрей Малюков, до сих пор удивляется – как они это сделали, без компьютерных технологий.

«Бегал я по болотам, расставляя сотни и тысячи солдатиков, которых дали нам для того, чтобы они заполняли кадр, – рассказывает режиссер Андрей Малюков. – Теперь это делается компьютерщиками, это значительно упрощает то, что раньше давалось таким невероятным трудом. Это упрощает производство, но не упрощает процесс творчества. Вот здесь вот самая большая собака и зарыта».

Традиционная стрижка перед новыми съемками – Малюков уже давно сам режиссер, его кино снова – об армии, но уже царской, вот выбирает актерам усы – 355 видов, говорит, война режиссерам будет интересна всегда – обнажает все чувства.

О том, как меняет людей, о прошлом глазами тех, кто из будущего, рассказал четыре года назад. В 2008-м его фильм Мы из будущего не просто побил рекорд посещаемости – военной теме в кино дал новое, необычное направление – фэнтэзи. К фантастике в своем «Белом тигре» потом обратится Карен Шахназаров.

«Тенденция, которая наметилась – трансформируется чистый жанр, не кино, которое реалистично с точки зрения истории, а несколько такие трансформированные и с точки зрения фактов и с точки зрения изобразительного ряда», – отмечает генеральный директор аналитической исследовательской компании Олег Иванов.

За три с половиной года на российские экраны вышло 12 отечественных военных картин, зарубежных в два раза больше, но у нас они собрали в два раза меньше российских. Это тоже – одна из тенденций: военное кино зритель в России предпочитает свое. Под войной большинство понимает только одну – Великую Отечественную, о других у нас и снимают-то редко.

«Рассказать человеческую историю о войне, которая была 100-200 лет назад, очень сложно, – уверена кинокритик Лариса Малюкова. – А еще сложнее рассказать о войне нынешней, потому что идеология, другие завесы – потому что нет храбрости с одной стороны взглянуть на это честно и нет желания показать эти фильмы у ответственных товарищей показать историю такой какая она есть, во всей своей вопросительности происходящего момента».

О войне у нас снимали и в ее самый канун – с экрана провозглашали: страна сильна, во время нее говорили: страна непобедима, а танки – быстры.

Пронзительное и исповедальное кино о войне появляется в оттепель, в 70-е оно разное и его много – военные фильмы включены в так называемые тематические планы.

Снимают почти все советские студии – масштабные фильмы, батальные сцены, немцев, как правило, играли прибалты. В «Освобождении» Озерова – уже актеры из ГДР, в роли Гитлера – знаменитый Фриц Диц, фюрера он потом еще сыграет не раз – в советском кино. Сама Германия Гитлера покажет не скоро.

«Сейчас может быть пало последнее табу, потому что до 2000 года Гитлер как роль в фильме не игрался», – говорит руководитель отдела культурных программ Немецкого культурного центра имени Гете Вольф Иро.

Вольф Иро уверяет, о войне сейчас снимают, как правило, кино документальное, а в игровом дозволено многое – есть даже комедии. В России уже тоже были пародии, фильмы, мифы развенчивающие и их вновь создающие. С бюджетами скромными, большими, огромными, полнометражные и телевизионные – войну на экране переживает новое поколение не только режиссеров. По соцопросу, проведенному два года назад – военное кино у нас не любит смотреть только пять процентов населения.