13.07.2012 | 15:49

"За чайным столом" в Царицыне

В противоположность строгой японской чайной церемонии в России чаепитие исстари было процессом неформального общения. Доминантой чайной композиции был пузатый самовар. Несомненным украшением – гжельские сервизы. Традиция семейного чаепития у самовара постепенно становится редкостью. Такой же, как предметы из коллекций, представленные в Хлебном доме музея-заповедника «Царицыно». «За чайным столом» побывали «Новости культуры».  

Эта коллекция, спустя 30 лет, снова в Москве. Она впервые была показана как часть культурной программы Олимпиады – 80. Покорив сердца иностранцев, самовары отправились путешествовать по миру. Алексею Лобанову это собрание досталось от отца, а тому – от деда.

«Я достаточно молодым получил все это, и у молодых людей достаточно много соблазнов возникает. Поэтому, в силу возможностей своих и упорного труда, я стараюсь все это дело сохранять», - объясняет коллекционер Алексей Лобанов.

Самые интересные самовары – в этих залах. 200 экспонатов – кубки и чаши, груши, шары и репки, цилиндры и юрты – многообразие форм впечатляет. Как и возраст. Огромный желтый самовар был создан в 1789 году по заказу купца Андрея Попова. Когда-то обыденные предметы, сегодня – настоящие ценности русской бытовой культуры.

Прародители самоваров – кухня и сбитенник - появились еще в начале XVIII века. За 300 лет своего существования самовары менялись внешне, менялся материал, из которого их изготавливали. Постоянным осталось лишь одно – их предназначение. К примеру, этот самовар – бочонок был спутником героя Отечественной войны 1812 года Дениса Давыдова.

За «Чайным столом», помимо самоваров, – сахарницы, чайнички и кувшины. «Сине – белая сказка» – как ласково называет их Алексей Потокин. Это лишь малая часть его коллекции, которую составляют работы современных авторов последних 20 лет. Любовь к гжели ему тоже досталась по наследству – от мамы. А он, в свою очередь, передает ее людям.

«Технически, так как делают посуду гжели, так не делает никто. Ее обжигают дважды при очень высокой температуре. Блестит она – специальная такая глазурь. Вот это дает крепость. Она никогда не выцветает, она никогда не портится, и этим отличается», - объясняет коллекционер Алексей Потокин.

Синий и белый не сразу стали «гжельскими» цветами. В середине XVIII века посуда была либо черной, либо цветной. И только спустя сто лет появились синие птицы на белом фоне – как символ бессмертия. Хрупкие, но стойкие к воздействию времени, изделия знаменитого народного промысла находят достойное место в музеях и частных коллекциях.