15.02.2010 | 10:45

Композиторы написали открытое письмо

"Современная русская музыка существует в мире, но не в России". Так начинается открытое письмо, с которым обратились к общественности три отечественных композитора, работающих в русле "новой музыки" - Дмитрий Курляндский, Борис Филановский и Сергей Невский. Кому не выгодно присутствие новой русской музыки в российском медийном пространстве? Почему молодые российские композиторы-авангардисты, имена которых широко известны за рубежом, вынуждены оставаться "нахлебниками" международных фестивалей? Можно ли остановить эмиграцию талантов, которым национальные институции отказали в поддержке? Авторы письма не только задают тревожные вопросы, но и выступают инициаторами дискуссии о способах решения проблемы. На сегодняшний день "Открытое письмо композиторов" подписали более ста российских музыкантов и представителей других видов искусств. Разумеется, нашлись и оппоненты. "Новости культуры"
изучили доводы за и против.



Сердца трех композиторов – Курляндского, Филановского и Невского - начали биться в унисон уже давно. Причина сердцебиений – дисбаланс - на Западе их сочинения заказывают фестивали, оркестры. В России – нет. И вообще здесь – сплошной музыкальный дефицит.

"Ансамбли немногочисленные, не имеют поддержки, нет системы функционирования современной музыки, нет налаженной системы заказов, то есть стимуляции творчества", - рассказывает композитор Дмитрий Курляндский.

В семье Дмитрия Курляндского вспоминают анекдот.
- Говорят, удобно быть женой капитана дальнего следования.
- Да, например.


Капитан дальнего плавания здесь - аналогия композитору. Осознав многочисленные российские "нет", многие авторы уезжают из страны. Потому и было написано это письмо.

"Письмо трех" стало одной из самых обсуждаемых культурных тем. Композиторы стали ругаться и делить еще не выделенные деньги. Люди, не принадлежащие к цеху сочинителей, просто подписывают письмо. И все вспомнили, что музыка – хоть и не является важнейшим из искусств, тем не менее, сопровождает нас с самого раннего детства.

И – что важно – уже всю оставшуюся жизнь. Дружно с эстрадной песней шагая по жизни, люди то, что связано с современной академической музыкой, часто считают делом внутрицеховым.

"Ну, как же это внутрицеховая проблема? Выдают же Нобелевские премии физикам, темы диссертаций которых мы даже выговорить не можем. Значит, это получается тоже внутрицеховая проблема", - уверена директор Московского ансамбля современной музыки Виктория Коршунова.

Московский ансамбль современной музыки - один из немногих, кто играет новую музыку. Шестьсот премьер за 20 лет существования. И все эти годы без постоянного финансирования. Некоторые музыканты не выдержали – вместо того, чтобы быть солистом ансамбля, ушли в большие оркестры. Там – вместо мечты играть новое - деньги, потому что государство многим коллективам выделило гранты.

"Наши симфонические оркестры, которые сидят на грантах, много ли они сыграли произведений современных композиторов? Шостакович до сих пор считается у них современным композитором", - сетует Виктория Коршунова.

Проблема выдачи грантов волнует всех, потому что все хотят их получать. Кому? За что? Вопросы, оставшиеся без ответа, ответ все же имеют.

"Каждый, кто встречается с властью, по сути дела, работает за себя: от своего имени и решая проблемы своего коллектива", - объясняет доктор философских наук Евгений Дуков.

Грантов на современную музыку не дают. Тем не менее, в России уже больше тридцати лет проводится фестиваль "Московская осень". Марк Горенштейн со своим Госоркестром несколько раз открывали его. "Просили, - говорит дирижер. А так – не стал бы: месяц современной музыки - затея нежизнеспособная".

"Приходят пятьдесят человек знакомых этого композитора и еще двадцать родственников, - то, что вы хотите, делайте, - никто не может слушать два месяца современной музыки. Нигде в мире такого не происходит", - добавляет он.

Дирижер другого большого оркестра - Лондонского филармонического – Владимир Юровский уверяет, что на Западе отношение к современной музыке гораздо более трепетное: там и научно-исследовательские институты строят, и центры открывают. И любой среднестатистический музыкант западного оркестра за неделю выучит ту новую партитуру, на которую российскому оркестранту и месяца не хватит.

"Существование современной музыки вытеснено на задворки империи. Оно ведет маргинальное существование за скобками, за пределами того, что мы называем "филармоническая жизнь"", - говорит главный дирижер Лондонского филармонического оркестра Владимир Юровский.

От культурной кастрации еще в 90-е спасли себя представители современного арт-искусства, кинодеятели и литераторы. И сейчас галерист Марат Гельман со стороны, но заинтересованно – смотрит за тем, как развивается ситуация в музыкальной сфере.

"Может быть, кому-то и нужна консерватория – консервативная институция, то – значит, нужен и какой-то современный дом музыки", - считает галерист, куратор Марат Гельман.

Марат Гелман одним из первых подписал это письмо. Зато его не подписал Алексей Рыбников.

Алексей Рыбников, композитор: "Кулаком по столу: "Безобразие!" Мне это очень напоминает советские времена".

Немалое раздражение вызвало письмо и у другого представителя старшего поколения – Владимира Дашкевича. То, что деньги на музыку должны выделяться, - здесь вопросов у Дашкевича нет: "Это не значит, что нужно выделять деньги любому композитору, которые известны своей эстетикой, своим эпатажем".

Индекс цитирования композиторов тоже существует. И музыка лидеров этого индекса как раз и должна дойти до слуха налогоплательщиков – при помощи государственных денег. Понятно, что слух людей более восприимчив к музыке из "Шерлока Холмса", чем к экспериментам музыкальных маргиналов. С исполнением музыки которых существует еще одна проблема.

"Ее на концертах предпочитают не исполнять, чтобы не платить отчисления авторам. Поэтому организаторов просят ни в коем случае не включать современные произведения в программу", - рассказывает музыкальный критик Петр Поспелов.

Из российского слушателя не надо делать невежду. Музыка должна дойти до него - основной посыл "письма трех".

Евгений Дуков: "То, что это утопия, - это очевидно. Другое дело, что в нашей стране утопии иногда сбываются".

Как говорится: пусть сбудутся все ваши утопии, не перейдя в категорию мечты.