24.02.2010 | 00:00

Виталий Трояновский: "Острова – это хвала уму и таланту"

2010 год – юбилейный для, пожалуй, одного из самых титулованных телевизионных проектов телеканала "Культура": десятилетие отмечает документальный цикл "Острова". В списке его регалий – многочисленные телевизионные и кинематографические награды, в том числе несколько статуэток "ТЭФИ".

За годы существования проекта было сделано около 220 фильмов, среди которых – ленты об Арсении Тарковском, Александре Вампилове, Элеме Климове, Герце Франке, Борисе Раушенбахе, Василе Быкове, Юрии Тынянове, Елене Саканян, Шавкате Абдусаламове и других ярких, но не всегда оцененных по достоинству деятелях отечественной культуры. По первоначальному замыслу создателей цикла, каждый новый выпуск должен был стать для зрителя открытием нового "острова", обладающего своей суверенной территорией в искусстве.
О настоящем и прошлом "Островов" мы побеседовали с руководителем и автором проекта Виталием Трояновским.


- За десять лет было сделано около 220 фильмов. Это очень солидная цифра для телевидения. Расскажите, пожалуйста, о том, как все начиналось, с какими проблемами сталкивались и сталкиваетесь до сих пор?

- Для нас самая сложная проблема – это время. Есть тридцать девять минут, и есть большая жизнь – десятки насыщенных, драматических, иногда трагических лет жизни человека, будь то художник или ученый. Их надо вместить в наши тридцать девять минут. На телевидении обычно это делается очень просто: пишется журналистский текст, под него подбираются картинки. Получается иногда очень неплохо, но язык "Островов" совсем иной. Мы пытаемся передать атмосферу времени, ощутить прошлое как нечто происходящее сейчас. Наш общий учитель Сергей Эйзенштейн, говоря об игровом кино, предложил формулу: "Выглядит как хроника, действует как драма". Мы не используем инсценировок, а ищем способ, оставаясь в пределах документального метода, прочесть жизнь нашего героя как драму. Это довольно сложно, особенно для начинающих режиссеров. Иногда случаются даже весьма курьезные истории.

Лет пять назад мы предложили одному очень способному выпускнику ВГИКа сделать в нашем цикле фильм о замечательном сценаристе Алексее Каплере. После нескольких дней монтажа я зашел в аппаратную и обнаружил там несколько растерянного дебютанта, который с нескрываемым удивлением смотрел на то, что у него получилось. Как известно, Каплер родился в Киеве и провел там свои юные годы. После этого он снимался как актер в Ленинграде, стал знаменитым сценаристом, автором фильмов о Ленине, лауреатом Сталинских премий. Был военным корреспондентом, завел опасную дружбу с дочерью вождя, за что попал в лагерь. Вышел на волю, стал автором нескольких кинокомедий и популярнейшим телеведущим, пережил конфликт со своим соавтором по ленинским фильмам Михаилом Роммом, воспитал большое количество учеников... Так вот, в аппаратной я увидел первые двадцать пять минут фильма о Каплере – то есть оставалось впереди не больше пятнадцати минут, а наш герой все еще находился в Киеве. С тех пор это вошло у нас в поговорку. Когда нам явно не удается уложить чью-то насыщенную событиями биографию в хронометраж, мы, заглядывая друг к другу в монтажные, спрашиваем: "Ну что, Каплер еще в Киеве?".

- Как Вы думаете, что позволяет "Островам" так долго оставаться на плаву? Ведь десять лет для телевизионной передачи – это очень много.

- Я думаю, что для любого проекта очень важно, как он начинается. Многое предопределил выбор первого героя, а точнее – героини. Это была Елена Саканян. Ее фильмы, а главное ее жизнь, точнее, чем множество других замечательных жизней в искусстве, совпали с тем, что мы пытались вложить в понятие "острова". Я сам заметил это полное совпадение не сразу, а лишь когда монтировал новую версию первых "Островов": пришлось сделать поправки для повторного показа, потому что Нелли (так мы ее звали) уже не было на свете.
То, что она делала в кино, было ни на что не похоже. Абсолютной жанровой новацией, сделанной на грани науки и искусства, была ее первая большая картина "Кто разбудит аксолотля?". Ей удалось соединить фантастический сюжет, собственные "заготовки к будущей теории" и подлинную дискуссию ученых. Одновременно это была одна из самых радикальных утопий перестройки, появившаяся за пять лет до нее и забытая в ее суетном движении. Разбуженные "спящие гены", биологические "черные дыры", из которых летит будущее… Когда-нибудь этот фильм напомнит о том, что в истоках перемен были не только социальные или политические импульсы, но и ожидание скачка в творческой эволюции человека.
Пятнадцать лет спустя выйдет фильм "Доски судьбы", где Нелли попытается применить открытые Велимиром Хлебниковым законы времени к смутному периоду новейшей российской истории. Прежде всего, к событиям октября 1993 года в Москве, которые стали символом полного краха всех перестроечных иллюзий. Удивительно, как на экране из ужаса кровавой схватки рождается мысль о единстве человечества.

Вообще те, кого можно назвать "островами" в полном смысле слова, – это великие идеалисты и поэты. Таковы наши любимые герои: Тарковский, Рерберг, Шукшин, Заболоцкий, Вернадский, Шаламов. А остальные "острова" как бы идут за ними, и в них мы ищем те же черты.

- Любой фильм, так или иначе, – это субъективная позиция режиссера, его видение событий или биографий. Насколько режиссер на проекте "Острова" может себе позволить себе давать собственную оценку личности, событиям?

- Вы знаете, мы стараемся не делать это на словах, потому что словесные оценки перечеркивают все остальное экранное действие. Фильм целиком, со всеми его компонентами и их индивидуальным сочетанием, и есть ответ на вопрос: кто этот человек? Есть заповедь: "Не суди". Не наше, не человеческое это дело – судить. Это во-первых. А во-вторых, мы должны дать возможность зрителю составить свое собственное мнение. Только это и есть реальность на телевидении. Все остальное – фикция, благие намерения, а иногда и не очень благие. Активность зрителя для нас необыкновенно важна. Этого практически нет сегодня на телевидении. Ведь девяносто процентов передач предлагают зрителю все в готовом виде. Он получает некий стандартный, хорошо или плохо упакованный продукт. Когда зритель привыкает к такого рода "телевизионным продуктам" (я очень не люблю это определение), он превращается в добровольного нищего, который отказался от богатства ради ежедневного обеда на благотворительной кухне.

- Вы рассказываете о выдающихся личностях, многие из которых уже ушли от нас. Не мельчают ли сегодня "острова"? Есть ли среди нового поколения герои, о которых стоит снимать фильмы?

- Конечно, проблема существует. Может быть, мы их не видим, может быть, мы просто невнимательны. А может, недостаточно современны и не можем уловить, выделить в сегодняшнем потоке людей, которые заслуживают того, чтобы попасть в эту компанию Может, мы слишком любим те, уже ушедшие поколения?

- Напрашивается вывод, что мы немного идеализируем ушедшие поколения…

- А без этого нельзя. Был такой жанр – апология. Так вот, апология – это хвала. "Острова" – это и есть хвала уму, таланту, человечности.