14.04.2010 | 12:04

Витаутас Жалакявичюс. Литовское лицо советского кинематографа

80 лет исполняется сегодня со дня рождения кинорежиссера Витаутаса Жалакявичюса. В арсенале создателя литовской киношколы – четырнадцать разноплановых картин и одна работа, которая обеспечивает мастеру пропуск в "высшую лигу" мировой режиссуры. "Никто не хотел умирать" – первый в истории советского кино рассказ о послевоенной Литве на языке экзистенциальной драмы. Кстати, коллеги по работе над лентой утверждают, что в название вошел лишь финал придуманного Жалакявичюсом афоризма. Начало фразы было и осталось известно только режиссеру. Рассказывают "Новости культуры".



С Жалакявичюса началось литовское большое кино. В 1966 году он снял "Никто не хотел умирать", и все читатели "Советского экрана" признали ленту лучшим фильмом года. Главный приз Всесоюзного кинофестиваля в Киеве, премия Ленинского комсомола, Госпремия – это был триумф.

Это сегодня история о том, как Литва стала Литовской советской республикой стала поводом для политических дискуссий. До Жалакявичюса эту тему не поднимали. В хрущевскую оттепель режиссер решился рассказать стране о "лесных братьях" – движении против Советской власти. Мало того, он превратил эту историю практически в боевик.

"Такое чувство темпоритма... Сколько видели вестернов, но здесь другое. Какое-то умение создать саспенс из ничего, что редко кому удается", – говорит сценарист, драматург Одельша Агишев.

Казалось бы, после Госпремии Жалакявичюсу было дозволено все. Однако между лентой "Никто не хотел умирать" и его следующим кинодетективом о революции в Латинской Америке "Это сладкое слово свобода" прошло шесть лет.

"Четыре года подряд я начинал работать над картиной, и четыре раза ее закрывали", – рассказывал режиссер.

В 1970-х он работал на Мосфильме. Холодный, сдержанный, одетый с иголочки, для Москвы Жалакявичюс всегда оставался иностранцем.

"В нем была такая европейская сдержанность – по тому, как он был безупречно воспитан, как он был галантен", – вспоминает народная артистка России Евгения Симонова.

В 1974 году режиссер задумал экранизацию романа Владимира Богомолова "В августе 44-го". Полфильма было уже готово, когда писатель наложил запрет на постановку. Как говорят, Богомолову не понравилось, что герои его книги стали похожи на ковбоев.

"Это было сильнее, чем последующие экранизации", – заверяет Одельша Агишев.

Он попрощался с Россией фильмом "Рассказ неизвестного человека" по произведениям Чехова. И это был незнакомый Жалакявичюс – без революций и детективных историй.

"Вдруг "это сладкое слово свобода", и вдруг – Чехов, какая-то абсолютно камерная история. Я думаю, это одна из лучших экранизаций Чехова", – полагает Евгения Симонова.

С 1980-х Жалакявичюс – художественный руководитель Литовской киностудии. Как режиссер на родине он снял еще три картины. Среди них – экранизация Замятина "Зверь, выходящий из моря". Жалакявичюс скончался в середине 1990-х в Литве. В последние годы многие обвиняли режиссера в просоветских настроениях. А Жалакявичюс просто не изменил эпохе, которая принесла ему все, о чем только можно мечтать.