01.08.2012 | 10:13

Август 1812 года

Близится дата победы в войне 1812 года, и мы продолжаем серию материалов на эту тему. На этот раз – о Москве августа 12-го года. Через неделю после Бородинского сражения наполеоновская армия вошла в златоглавую. Город был пуст. Вскоре начались пожары, которые уничтожили его большую часть. Месяц Москва была французской. Когда Наполеон решил оставить город, он приказал уничтожить то, что от него осталось. Но и сейчас, спустя 200 лет, в столице можно пройтись по переулкам, которые помнят французских солдат, и увидеть дома, куда уже через несколько лет после войны возвращались французские лавочники, наполняя московский воздух ароматом выпечки и парфюма. Рассказывают «Новости культуры».  

Сногсшибательное известие, настигшее Наполеона на Поклонной горе, позволило ему спокойно гулять по пустой Москве. И по этой, когда-то широкой дороге из Кремля, теперь это улицы Маросейка и Покровка. Москвовед Филипп Смирнов следует за той армией – мимо дома 215. Дом богатейшей невесты Москвы Разумовской в 1812 году стал пристанищем для гвардейцев императора.

«Известно, что в один из дней Наполеон, решивший посмотреть Москву и свои владения, как расквартировались его войска, в том числе гвардия, которая была на Мясницкой, решил, что проедет по этой дороге», - рассказывает москвовед Филипп Смирнов.

На работу маршал ходил на Маросейку 17 – тогда мэрию Москвы – сейчас - посольство республики Беларусь. Нетронутые пожаром и разрухой переулки за Маросейкой – бонус от французов, квартировавших здесь. Запах французского одеколона и духов до сих пор витает и возле этого дома – Маросейка 9.

«Этот магазин построил купец Дютфуа, он очень интересен тем, что в его отделке использована мозаика, что достаточно редкий элемент для московских зданий», - отмечает Филипп Смирнов.

Здесь француз Дютфуа – правда, несколько десятилетий после 1812 года - продавал не только парфюм, но и стеклянную тару. В нее уже спустя почти сто лет разливал свои душистые композиции и Эрнест Бо, компаньон Коко Шанель. Флаконом для ее самого знаменитого аромата послужила склянка из-под успокоительного, которую Бо вывез из России, из воронцовской аптеки. Культурный обмен происходил и в обратную сторону.

«Здесь стоял Храм Успения на Покровке. Это один из самых знаменитых храмов, связанный с историей Наполеоновского нашествия. По одной из городских легенд Наполеон был поражен видом этого здания, по другой – несколько раз осматривал это здание, по другой – он его хотел разобрать и перевести с собой в Париж, когда он понял, что это невозможно, он велел позолотить собор инвалидов в Париже», - объясняет москововед Филипп Смирнов.

Возле храма на Покровке на Наполеона было совершено покушение – в том же 1812 году аптекарский ученик Штробель обстрелял кортеж императора. Штробеля повязали и без пальто запрягли в повозку - в наказание он должен был тащить отсюда ее аж до Новодевичьего монастыря. Далеко за пределы центра выбирались и сами французы.

«На старой Басманной стоит храм мученика Никиты. Парадоксальным образом это единственный храм за пределами белого города, который отображен в акварелях и издан в Париже как «виды Москвы», - говорит москвовед Филипп Смирнов.

Сейчас от вида Москвы Наполеон возможно бы вздрогнул, но узнать бы узнал – ту самую широкую дорогу, ведущую к Кремлю.

Все материалы темы>>>