01.08.2012 | 10:27

Сегодня – День памяти Святослава Рихтера

Про него говорили: «Повсюду чужой и везде как у себя дома». Святослав Рихтер ушел из жизни 15 лет назад, сегодня – День памяти пианиста. Рихтер остался – теперь уже в истории музыки – человеком закрытым, играющим там, где он хочет и когда хочет. Он создавал фестивали, которые становились самыми интересными и популярными, играл с лучшими музыкантами, ему посвящали свои сочинения известные композиторы. А Рихтер – как всегда скромно – говорил, что он – только зеркало и умеет всего лишь хорошо читать ноты. Рассказывают «Новости культуры».

Мир был бы другим, если бы в нем не жил Святослав Рихтер. По крайней мере, мир музыки. Исполнение Рихтера считается эталонным. В его репертуаре было около 40 концертных программ, но любил он больше всего Вагнера, Дебюсси, Шопена. Сергей Прокофьев посвятил Рихтеру Девятую фортепьянную сонату.

«И там написано – лучшему пианисту Советского союза и всего земного шара», – говорит директор Мемориальной квартиры Святослава Рихтера ГМИИ имени А.С.Пушкина Людмила Кренкель.

Теперь это уникальное издание с автографом композитора экспонат Пушкинского музея. Как и рисунки пианиста.

«Он и сам был хорошим художником, – рассказывает Людмила Кренкель. – Вот две его работы. Он исключительно рисовал пастелью. Вот одна – «Несут стратостат» и там еще одна, но работ этих много».

Со стороны казалось, он педантичный, рациональный, правильный, как и все немцы, а на деле ставил в тупик своими импульсивными поступками. Выйдя на сцену, Святослав Рихтер мог посидеть две минуты за роялем, встать и уйти. Билеты сдавали в кассу, концерт отменяли. Ему все прощали.

«Он пока доходил от кулисы до инструмента, вот то, как он идет, его собранность, включенность в перспективу того, чтоб должно было произойти, собирало публику, – вспоминает народный артист России Авангард Леонтьев. – И это были просто секунды магического гипнотической силы воздействия».

Такое же воздействие произвели и «Декабрьские вечера». Музыкальный фестиваль Святослав Рихтер придумал вместе с Ириной Антоновой 30 лет назад. Это была, по сути, культурная революция – в музейной тишине вдруг зазвучала музыка.

Он не был учителем, но поучиться у него мечтали многие. Рассказывают, однажды его уговорили набрать курс в консерватории. В отделе кадров Святославу Рихтеру предложили написать стандартное заявление со словами «Прошу принять меня, Святослава Теофиловича Рихтера, на работу...» Рихтер скомкал заявление и ушел по-английски. Он считал, что это его просят, а не он. И был, в общем-то, прав. Он не экономил на своих эмоциях. Особенно после удачных концертов.

«И когда он вышел оттуда, он снял один ботинок, – рассказывает директор ГМИИ имени А.С. Пушкина Ирина Антонова. – Он был очень доволен. Но мы видели его и другим».

«Я думал, что удачный концерт. А на самом деле – нет. Я себе не нравлюсь. Все», – говорил он в интервью Святослава Рихтера французскому журналисту Бруно Монсенжону незадолго до смерти. Если сам Рихтер был не доволен собой, то кто из великих сегодня может вот так же, перед камерой, сказать о себе это?