06.07.2010 | 19:38

Мэтр европейской хореографии Жозеф Надж раскрывает секреты

Жозеф Надж стал самой загадочной фигурой Чеховского фестиваля. Перед премьерой спектакля «Шерри-бренди» знаменитый режиссер не стал давать никаких комментариев и демонстративно отказался от всех интервью. Сегодня, после премьеры, мэтр европейской хореографии рассказал журналистам – почему он ничего никому не хотел объяснять. Рассказывают «Новости культуры».

Когда в зал вошел мужчина в серой футболке с сигаретой в зубах, кто-то шепотом спросил – так это и есть Жозеф Надж, тот самый, кто так долго отказывался давать интервью? Он, кстати, сегодня объяснил, почему.

«Я не хотел оказывать на зрителей никакого влияния перед премьерой своими разъяснениями. Я предпочитаю, чтобы публика приходила невинной на спектакль и начинала открывать его для себя с белого листа», - отметил Жозеф Надж.

Открытие для первых зрителей произошло вчера. Мировая премьера в рамках Чеховского фестиваля состоялась. И, конечно, вызвала много вопросов. Чехов-Мандельштам-Шаламов – почему именно такое сочетание? Кто в этой наджевской троице главный? И откуда француз венгерского происхождения так хорошо знает руcскую литературу?

"Для меня все началось с Мандельштама, - поясняет он. - Я хорошо знаю его судьбу. Меня потряс период его жизни, когда он впервые оказался в тюрьме, то, как это переживал. Эта тема художника, поэта на грани жизни и смерти меня очень увлекла. Получив заказ от Чеховского фестиваля, я стал много читать Чехова, надеясь у него найти эту нить. Попал на «Лебединую песню». Впервые прочитал «Остров Сахалин». А потом я почти случайно узнал, что один из «Колымских рассказов» Шаламова посвящен смерти Мандельштама и называется «Шерри-Бренди»".

Литературно-пластический коктейль Наджа критики уже окрестили коктейлем Молотова. А зрители после премьеры говорили – сильно, завораживает, но уж очень пессимистично, почти суицидально. Неужели именно такой, безысходной, видит русскую культуру европейский хореограф?

«Нельзя просто взять и перевернуть страницу. В истории вашей страны был этот страшный период, когда представители интеллигенции не могли свободно высказывать свое мнение, а если решались – попадали в лагеря. Об этом нужно говорить, напоминать. И все равно я считаю, что в моей пластической истории есть надежда и есть сила, чтобы все изменить», - уверен Жозеф Надж.

Этот спектакль он делал четыре месяца. В труппе всего несколько человек были знакомы с творчеством Чехова. О том, кто такой Шаламов, из танцовщиков не знал никто. Его для себя открывали заново. На репетициях вместе читали Мандельштама. А перед премьерой волновались больше обычного – представлять спектакль на русскую тему в России особенно сложно. На пресс-конференции Жозеф Надж признался – первый показ прошел именно так, как он хотел.

«Мне показалось, что публика абсолютно точно уловила интонацию этого спектакля. В зале была просто звенящая тишина, зрители следили за каждым шагом, каждую секунду они были с нами. И вся труппа это почувствовала», - добавил он.

На очереди – Санкт-Петербург. Там «Шерри-Бренди» подадут уже в это воскресенье. Надж пообещал – это первый, но не последний его спектакль о русской культуре. Какой материал вдохновит на новые постановки самого загадочного хореографа – пока загадка. Даже для него самого.

Читайте также: Секрет коктейля от Жозефа Наджа раскрыт на Чеховском фестивале

В меню Чеховского фестиваля - «Шерри-бренди»
 

Все материалы темы>>>