28.09.2017 | 09:38

Третьяковка представляет проект "Некто 1917"

Третьяковка представляет итог своей более, чем трехлетней работы - выставку произведений русских художников, созданных в революционное время - "Некто 1917". О новой экспозиции и о том, откуда взялось столь необычное название – репортаж Алии Шарифулиной.

"Некто 1917" - в названии выставки - лаконичная и многозначительная фраза Велимира Хлебникова… Кто такой этот "Некто" и что от него стоит ждать? – современники той эпохи, конечно, не знали. В том числе, и художники. Искусство перед неизвестной реальностью – об этом экспозиция.

"Она о мироощущение художников в 17-м году. Самых различных художников, представлявших точки зрения этические, политические, философские, эстетические. Это такая многоголосица, которая одновременно обрушивается на вас", - объяснила директор музея Зельфира трегулова.

В сознании многих революция – это, как правило, авангард. На самом деле, в 17-м году мир искусства и идей, его вдохновлявших, не ограничивался только рамками авангарда. “Мифы о народе” – один из центральных разделов выставки. У Нестерова это народ-богоносец, у Петрова-Водкина- идеализированный образ крестьян, у Григорьева – напротив, подчеркнуты негативные стороны.

"Это представление о народе, которое вдруг оказалось непохожим на то, во что верили лучшие художники - народ, который у Нестерова- гордый, трудолюбивый, умный, верующий, вдруг оказался агрессивным, жестоким. Готовым к разрушениям. Этот конфликт внутренний отразился и в искусстве. Но не в одном, а в разных художниках", - отметила куратор выставки Ирина Вакар.

Одни художники были готовы сотрудничать с новой властью. Другие – искали убежища в своих мастерских и отказывались видеть происходящее. Об этом - специальный раздел “Прочь от этой реальности!”. Александр Бенуа писал в дневнике: “Я так втянулся в свое творчество, что все внешние события, даже “личная угроза” меня не трогают...”.

Художественный эскапизм проявлялся по-разному: кто-то уходил в “чистое искусство”, кто-то - в мир фантастики.

"Коровин уходил от реальности, как и многие художники, продолжая писать ровно то же самое, что и раньше. Как будто тех очередей, отсутствия еды, приближавшейся угрозы немецких захватчиков и вовсе не было. А были розы, прекрасные женщины и прекрасный мир", - рассказала куратор выставки Ирина Воронович.

"Шагал и еврейский вопрос", "Город и горожане", "Эпоха в лицах" - выставка многослойная, как и сама революция. Кураторы выставки говорят, чтобы понять ее и почувствовать, нужно стать "внепартийным", уйти от единственной интерпретации. Так, полотно Юона "Новая планета" в советское время трактовали, как монументальное изображение мира на пороге грандиозных перемен. А позже увидели в нем космическую катастрофу, предчувствие апокалипсиса.

Новости культуры