30.07.2010 | 11:50

Печать. 30 июля 2010 года

«Снести нельзя помиловать» – кто и почему спешит избавить Москву от исторических зданий? «Аутентичная модернизация» – как корректно использовать в музейном деле новейшие технологии? Эти и некоторые другие вопросы задают авторы публикаций в сегодняшних газетах. Ответы на них – в обзоре «Новостей культуры».

***
На минувших выходных всего за несколько часов был разрушен главный дом усадьбы Алексеевых на улице Бахрушина в Москве. Этот случай не единичный, утверждают «Ведомости. Пятница» и публикуют рейтинг стремительно снесенных исторических зданий в столице: от Военторга и усадьбы Трубецких до дома Пикарта – каменных палат XVII века. В этом доме останавливался голландский гравер Питер Пикарт и рисовал панораму Кремля. В конце 1990-х здание получило статус «выявленного памятника». «Однако вокруг к тому времени уже велась расчистка площадки для строительства гостинично-развлекательного комплекса/ В ходе этих работ, по официальной версии, произошло самообрушение дворца; приехавшие на место журналисты обнаружили на руинах следы работы бульдозера. Реставраторов к исследованию завалов не допустили».

***
Также в газете «Ведомости. Пятница» опубликована статья о новых подходах к музейному делу. Этим летом сменилось руководство в двух московских музеях – Государственном историческом и Политехническом. Похоже, там грядут радикальные перемены. Еще в апреле президент России Дмитрий Медведев говорил о создании на базе Политеха современного музея науки. А в Историческом уже начинают работу над организацией Национальной галереи портрета – на манер лондонской, где будут представлены портреты выдающихся деятелей России. Главное – общая концепция развития и то, как будет подана экспозиция, считает исполнительный директор Российского комитета Международного совета музеев Галина Андреева. «Несколько лет назад мы с коллегами осматривали музеи в Южной Корее. В большинстве случаев они были очень хорошо оборудованы, но часто стояли полупустыми. Наилучшее впечатление производили те, что были связаны с наукой и техникой и где для создания исторических выставок привлекались новейшие технологии. В то же время для научных музеев остро стоял вопрос баланса: ведь эти самые технологии подчас могли попросту убить историческое наполнение и подлинные предметы».

***
Кинокритик Андрей Плахов пишет на страницах «Коммерсантъ. Weekend» о последней роли Жана-Поля Бельмондо. Когда режиссер Франсис Юстер решил снять ремейк итальянской классической картины «Умберто Д.», он поставил условие: будет играть или Бельмондо, или никто. Знаменитый киноактер к этому времени перенес инсульт и ушел из кино. И только через девять лет, уже 75-летним, сыграл-таки роль, «которую даже его друзья называют прощальной». «Поначалу на него смотришь с горечью и досадой. Не хватит ли разводить социально-гуманистические сопли? Но очень скоро обаяние актера берет свое, глаза загораются прежним огнем, улыбка становится неотразимой, ну а к перебитому носу, придававшему его лицу что-то собачье, мы привыкли еще со времен фильмов Годара».