13.08.2010 | 11:00

Золотое кольцо рискует остаться без одной из жемчужин

Дошедшие до нас памятники древнерусского зодчества можно пересчитать по пальцам. На территории Центральной России сохранилось всего пять храмов, украшенных уникальной белокаменной резьбой. Эксперты причисляют к «великолепной пятерке» церковь Покрова на Нерли, Успенский и Дмитриевский соборы во Владимире, Церковь Бориса и Глеба под Суздалем и Георгиевский собор в Юрьеве-Польском. Но и этот небольшой список в ближайшее время может сократиться. Рассказывают «Новости культуры».

Собор Святого Георгия – последний белокаменный храм, который успели построить на Руси до татаро-монгольского нашествия – уже несколько лет медленно умирает. Уникальный резной орнамент, аналогов которому нет в древне-русской архитектуре, с каждым годом осыпается все больше. И процесс этот – необратимый.

Надежда Егорова, директор Юрьев-Польского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника, говорит, что поводов для оптимизма мало: «Образуются такие каверны везде глубокие. И вот эти вот соли неизвестного происхождения. Они выталкивают камень, рассыпают его, разрушают».

Еще несколько лет и останутся только голые стены. Кому тут ставить свечки? Родственники князя Святослава, который построил Георгиевский собор, все как на подбор святые – племянник Александр Невский, сын – преподобный Димитрий, тесть и теща – муромские чудотворцы Петр и Феврония. Но время идет, а чуда не происходит – спонсоры не появляются, из федерального бюджета денег на реставрацию выделяется мало. Директор заповедника сетует: «В этом году на реставрацию памятника не выделили ни рубля. Мы скоро вот этого чудного орнамента растительного не увидим…только известняк, а ведь вся красота его заключается в том, что он от подошвы доверху украшен растительным орнаментом».

В прошлом году из федерального бюджета дали 4 миллиона рублей. Этих денег хватило только на один южный фасад. Пока реставрировали с одной стороны, с другой храм продолжал осыпаться.

Надежда Куксина, председатель комитета по культуре администрации Юрьев-Польского района, объясняет, почему так сложно найти деньги: «Район дотационный. На наши-то памятники средств не хватает – нас дотирует область. А уж не говоря о федеральных. Но есть надежда, что Федерация поможет такому замечательному памятнику. Пишем письма».

Судьба Георгиевского собора всегда была непростой. В XV веке верхняя часть храма – как считается, из-за допущенной конструктивной ошибки – обвалилась. Барабан получился настолько широким, что храм не выдержал и провалился. Именно по этой причине в советское время его отказались признавать памятником всемирного наследия Юнеско – сохранилась только половина первозданного храма.

До обвала храм был двухъярусный. Возможно, его бы восстановили, но Иван III как раз в то время затеял реставрацию кремлевских соборов, все лучшие силы были брошены в Москву. Георгиевский храм восстанавливали без чертежей, стены были облицованы резными камнями в полном беспорядке.

Полностью восстановить первоначальный смысл резного орнамента ученым не удалось до сих пор. Мифические чудовища вроде грифонов и кентавров, поясняет настоятель соседнего Свято-Михайловского монастыря, в древности, возможно, воспринимались на Руси как такие же обитатели райского сада, как львы и слоны. Правда, не ясно, почему у слона – заячьи уши.

Считается, что в строительстве собора князь Святослав принимал непосредственное участие. Один каменный крест он вырезал своими руками. Игумен Афанасий (Селичев), настоятель Свято-Михайловского монастыря, рассказывает историю: «После победы над болгарами, возвращаясь домой, при Городце застигла святого князя Святослава и войско буря на Волге. И он дал обет, если спасется – сделает обетный крест. И вот действительно сделал. Согласно летописи, «сам бе мастер». А крест народ почитает чудотворным и до сих пор».

Службы в Георгиевском соборе совершаются только по большим праздникам, в остальное время это музей. О том, чтобы вернуть Георгиевский храм церкви, речи пока не идет. Тем не менее, игумен Афанасий недавно пожертвовал из церковной кассы деньги на сигнализацию для Георгиевского собора.

«Кому доказывать на земле, что этот памятник уникальный? – задается риторическим вопросом Надежда Егорова, директор музея. – Во всех архитектурных институтах его изучают, во всем мире его знают. Поэтому как еще можно сказать, что этот памятник нужно беречь, его нужно взять под особое попечение государства».

Георгиевский собор называют лебединой песней владимиро-суздальских зодчих. Но скоро эта песня может оборваться навсегда.

Все материалы темы>>>