07.08.2012 | 23:58

Памятнику "Медный всадник" на Сенатской площади исполнилось 230 лет

Сегодня есть повод вспомнить о легендарном творении Фальконе – о «Медном всаднике». О том, что Екатерина Великая желала видеть Петра со скипетром в руке, восседающим на коне подобно римскому императору. Дидро советовал создать памятник в виде фонтана и украсить его аллегорическими фигурами. Французский скульптор Этьен Фальконе задумал изобразить Петра не как выдающегося полководца или победителя. Гораздо выше, по словам мастера, он ставил личность созидателя и законодателя – и ее-то и хотел показать людям. Медному Всаднику исполнилось 230 лет. Рассказывают «Новости культуры».

В символике Петербурга нет иерархии, но если бы таковая образовалась, спора о первом месте все равно бы не получилось. «Кумир с простертою рукою» не терпит конкурентов и ежедневно творит вокруг себя новую мифологию. Один из признанных в связи с медным всадником феноменов века ХХ – удивительная фотогенничность творения Фальконе.

«Многие знают, что был построен помост для того, чтобы проводить фотосессию, – рассказывает фотограф-художник Государственного Эрмитажа Юрий Молодковец. – В наше время был нанят фотограф, и они со скульптором искали самое мощное движение всадника».

Этапное исследование, позволившее разгадать тайны лучшей конной статуи Европы, проводилось в 1976 году. Заметные трещины и повреждения на бронзе, вызвавшие необходимость реставрации были следствием еще блокадного периода, когда всадник почти три года скрывался за мешками с морским песком». Обратили внимание на появление таких пятен сразу после снятия защитных сооружений в 1944 году.

В 1976 реставраторы, впервые попавшие внутрь монумента через люк в крупе коня, нашли послание от коллег начала ХХ века. Криминалисты расшифровали надпись и выяснили, что в 1909 году из всадника вручную было выкачено около ста пятидесяти ведер воды. Возник вопрос, каким же был запас прочности у монумента? В ходе исследования реставраторы обнаружили внутренний каркас совершенно необычной формы, который зарисовал Михаил Аникушин.

«При создании памятника решались инженерные задачи такой сложности, которые поражают до сих пор», – говорит заместитель директора Музея городской скульптуры Санкт-Петербурга по научной работе Надежда Ефремова.

Исследование 1976 года удивительным образом подтвердило две характеристики памятника, данные Пушкиным в знаменитой поэме «Медный всадник». Первая касается материала, из которого сделан монумент. Анализ бронзы, проведенный в политехническом институте Ленинграда, показал, что сплав, использованный Фальконе, почти на 90 процентов состоял из меди.

Пушкинское видение движущегося грозного кумира, как оказалось, тоже не было таким уж фантастическим. Гениальный Фальконе использовавший всего две основные точки опоры – задние ноги коня – намеренно не стал жестко фиксировать массивный хвост к внутренней конструкции монумента, таким образом всадник реагирующий на порывы ветра получил возможность немножко раскачиваться и переносить нагрузки.

«Вот это покачивание, это равномерное распределение ветровых нагрузок с одной ноги на другую», – отмечает Надежда Ефремова.

230 лет назад французский скульптор так и не получил приглашение на открытие главного памятника Петербурга. Но в историю монументальной пластики, разумеется, вошли и Фальконе, и автор аллегории зависти Гордеев и даже помощница Фальконе – Мари-Анн Колло.