29.09.2010 | 10:47

Поклонные кресты Соловков

Мы продолжаем серию репортажей «Соловки: остров особого назначения». В начале прошлого века на Соловецком архипелаге насчитывалось три тысячи поклонных крестов, а в 1930-е годы всего за несколько дней они были уничтожены. В одночасье архипелаг лишился своих главных символов. Двадцать лет назад, когда Соловецкий монастырь только начал возрождаться, на остров приехал человек, который должен был стать главным архитектором архипелага, но судьба распорядилась иначе. Сегодня Георгий Кожокарь - единственный в России мастер, который создает поклонные кресты высотой до 10 и более метров. Рассказывают «Новости культуры».

Говорят, у каждого свой крест. Георгий Кожокарь – единственный на Соловках, у кого их не один и не два. За 20 лет он сделал больше 20 поклонных крестов. Каждый – в три человеческих роста. Бывает, что и выше. Крест в бухте Благополучия установили в 2004 году в знак того, что Соловецкий монастырь – крестовоздвиженский. Это значит, его возглавляет сам патриарх.

Георгий Кожокарь, руководитель кресторезной мастерской Соловецкого монастыря, говорит: «Крест уникальный в плане того, что здесь более 170 изречений о кресте Господнем».

До революции, рассказывает Георгий, побережье и острова Белого моря, были усеяны большими и малыми крестами – обетными, поклонными, памятными. 20 лет назад, когда Георгий приехал на Соловки, там не было почти не одного. Но Крест, говорит Георгий, присутствовал незримо, и мастер стал резать его из дерева. «Здесь каждый найдет себя, - считает Георгий, - если, конечно, оценит, осмыслит то, что здесь есть, и то, что было».

В мастерской царит экзотический терпкий запах. Георгий Кожакарь объясняет, что это пахнет кипарис. Кресты он режет из той же породы дерева, из которой был сделан тот самый крест.

Георгий Кожокарь по профессии архитектор. Кресты он сначала проектирует. Хотя кажется, что тут сложного - дерево и три перекладины. На самом деле, объясняет Георгий, кресторез должен владеть тремя науками – ставрографией, которая изучает форму, ставрологией, которая занимается содержанием, и богословием, которое все это трактует. Но это уже высший пилотаж.

«Этот крест тяготеет к «солярной» группе, - говорит Георгий Кожокарь, то есть крестам, которые говорят, что Христос – это свет, преображение. Есть другие, которые передают смысл о «пересечение милости и истины, правды и мира», что составляет мистический центр креста».

На каждый большой крест у мастера уходит полгода жизни. Самым тяжелый, говорит Георгий, тот, что стоит на Секирке. Секирная гора в 20-е лагерные годы была местом расстрела десятков людей. До революции, рассказывает Георгий, точно такой же крест стоял чуть выше. В 1937 лагерное начальство нашло покупателя, и крест продали в одну из скандинавских стран. Когда ставили новый крест, он падал три раза, одному человеку сломал ногу. На Соловках кресты поднимают по старинке. В 1992 году патриарх Алексий Второй командовал поднятием самого первого соловецкого креста.

После революции, рассказывает Георгий, кресты страдали как люди. Их срубали, спиливали, расстреливали, сбрасывали, сжигали. Говорят, сваленные в одну кучу новыми хозяевами острова, соловецкие кресты горели 3 дня. Уцелело совсем немного. Этот крест был когда-то красного цвета. Его поставили на острове Анзер последние соловецкие монахи в первый день революции.

В 1930-е годы, когда все кресты на Соловках были уничтожены, а ставить новые было строжайше запрещено, на склоне горы Голгофа, где находилось одно из самых страшных мест ГУЛАГа, на месте общего братского захоронения, появился крест нерукотворный – выросла береза, похожая на крест. 

Читайте также:

Соловки: остров особого назначения