14.08.2012 | 12:18

В Москве простились с Петром Фоменко

Накануне в Москве простились с Петром Наумовичем Фоменко, режиссером, народным артистом России. Он скончался 9 августа, на 81-м году жизни. Уже рано утром у театра на набережной Тараса Шевченко выстроилась очередь из тех, для кого он был - мастер, человек-театр, символ театра. Сам Петр Фоменко был убежден в том, что незаменимые в театре есть, и именно благодаря им он по-настоящему существует. И сам создал труппу незаменимых индивидуальностей. Рассказывают «Новости культуры».

У Москва-реки, на набережной Тараса Шевченко – место паломничества всех российских театралов – с одной стороны улицы – старая сцена театра «Мастерская Петра Фоменко», с другой – одно из лучших театральных зданий современной Москвы – Новая сцена. Накануне сюда с 8 часов утра шли и шли люди, чтобы последний раз побыть в одном пространстве – рядом – с великим режиссером и педагогом Петром Наумовичем Фоменко.

Сплошным потоком, с цветами: ученики, почитатели, простые зрители, - друзья. Для многих он значил много, и они чувствуют – утрату.

«Петр Наумыч – он крепкий мужик был, поэтому жизнь у него была несладкая», – говорит народный артист России, художественный руководитель Малого театра Юрий Соломин.

«Эти сложности не сделали из него меланхолика, – отмечает поэт-бард Елена Камбурова. – Эта легкость, с которой он преодолевал все, чувство юмора, изящество мысли».

«Это был человек многосторонний, многогранный, бесконечно разнообразный, что уж там говорить – великий», – считает поэт-бард, драматург Юлий Ким.

Три часа панихиды прошли в молчании, люди просто поднимались на сцену, прощались. Речи откладывали, казалось, до последнего: он так не любил официоз. Ровно месяц назад – 13 июля – юбилей свой отметил совершенно бесшумно. Его ученики собирались – так принято в этом театре – по осени посвятить этой дате капустник – домашний жанр. Теперь в разгар летних отпусков, узнав о его уходе, они меняли билеты, спешили в Москву.

«Для меня это человек, который дал мне все, – говорит режиссер, актер Сергей Пукепалис. – Надежду на абсолютный театр, не подверженный дурным театральным болезням, театр как товарищество, как радость от того, что мы вместе».

Осиротев, «фоменки» держатся друг друга, стоят на сцене в слезах, отмечены эмблемой своего театра – на которой, как «инь» и «янь» – черное и белое – два человеческих лица – в бесконечном диалоге. Для тех, кому посчастливилось хоть раз общаться с Петром Фоменко – лично ли, просто ли бывать на его спектаклях, этот разговор по душам не остановить.

«Была годовщина смерти его учителя Гончарова, мы были там вместе с Петром Наумовичем, с Евгением Борисовичем Каменьковичем, – вспоминает режиссер Сергей Женовач. – И вот Фоменко все писал записочки, и их – своему учителю в могилку складывал. И мы пишем. Думаю, это навсегда, внутренний диалог с ним».

Людмила Максакова тоже получала от Петра Наумовича записки. Хранит и до сих пор отвечает: «Вот эта фраза была во всех записках «прости, в чем был и не был», и вы нас простите».

Пришедшие сказать последнее «прости», заполнили не только сцену и большой зал – и в малом зале – они слушали панихиду в трансляции, и просто оставляли букеты у портрета в фойе, и ждали на улице. Он многих изменил и многим дал надежду. А после себя оставил не только свои великие спектакли, но действующую «школу»: четыре поколения блестящих артистов; режиссеров, разделяющих его подход – тщательность работы со сложными текстами, чувствительность и чуткость, серьез и юмор.

«Он создал живую структуру – не в камне остался, оставил абсолютно живой театр», – говорит народный артист РСФСР Сергей Юрский.

«Петр Наумович говорил – не ставить точки, и мы постараемся не делать этого, не ставить точку», – обещает режиссер Иван Поповски.

«У кого-то истерика, – добавляет режиссер Евгений Каменькович. – А мудрые старшие товарищи говорят: «Не плачь! Он вас всему научил!»

И оставил портфель… с текстами, планами, с тем, что нужно поставить. Хватит ни на один век.

Все материалы о Петре Фоменко>>>