07.11.2010 | 11:47

Пригов: точка сборки

«Пригов: точка сборки». Название выставки в Государственном центре современного искусства объединило художников разных поколений – тех, кто вместе с Дмитрием Александровичем Приговым изобрел «московский концептуализм», и тех, кого сегодня называют «новой генерацией современного искусства». Выставка стала одним из ключевых событий фестиваля современного искусства, который носит имя мастера и посвящен 70-летию со дня рождения художника, поэта и философа Дмитрия Пригова. Рассказывают «Новости культуры».

Сын Дмитрия Александровича – Андрей Дмитриевич – жарит котлеты. Выставочный зал наполняется запахом домашней кухни и запахом жертвенного мяса. Ритуализация частной жизни, метафизика в повседневных практиках – все это приговские темы. Ряд можно продолжить, размышления Пригова – подхватить.

«Его всегда радовало, когда кто-то другой брал его тему, идею, играл с ней», – вспоминает сын художника.

На разработанном Приговым поле выступают игроки из его команды. У них был и есть общий проект с Дмитрием Александровичем – «Московская концептуальная школа». Школа не закрыта, проект не завершен, утверждают художники уже другого поколения.

«Работа с текстом продолжается, совмещение изображения и текста продолжается, концептуализм московский продолжается в тех людях, которые его начали», – заверяет художник Хаим Сокол.

И Хаим Сокол, и Андрей Кузькин выставили работы, в которых слова складываются в изображения, наслаиваются, как в палимпсесете, собираются в серии. Образец не подражания, а вдохновения, – приговская азбука из перестроечных газет. Ему многие благодарны не только за темы и образцы, но и за само призвание.

«Мне в начале девяностых попала в руки тонкая книжечка Пригова, и я ее носила с собой, как паспорт. Это был знак принадлежности к совсем другому миру», – рассказывает художница Ксения Перетрухина.

Его поэзия строится на цитатах и запускает ассоциации. «Фудзи колышется», – прочел у Пригова Леонид Тишков и представил себе родовую традицию не незыблемым камнем, а нежным, наполненным светом домашним абажуром.

«Они колышутся, как колокола бесшумные, на фоне фотографий из семейного архива моей матери, моего отца. Вот эта моя мама, это ее платок», – показывает Тишков. 

В сборной выставке на фестивале имени Пригова он участвует третий раз. Уже привык к тому, что раз в год Дмитрий Александрович призывает к ответу.

«Дмитрия Александровича интересовали проблемы миротворчества, создания, творца. В каком-то смысле он опробовал на себе эту роль, используя разные средства выразительности», – говорит филолог Надежда Бурова-Пригова, вдова Дмитрия Пригова.

Оставленный Приговым корпус работ огромен. Надежда Бурова подобрала людей, которые за три года после его ухода оцифровали и описали литературный и аудиовизуальный архивы. Сейчас идет подготовка к изданию собрания сочинений, его квартира служит резиденцией художников, и каждый год проводится фестиваль его имени. Пригов не стал объектом исключительно «приговедения». Он остается и ориентиром, и точкой сборки для живых современных художников.