11.11.2010 | 12:58

"Херман Шмерман" – балетная провокация, которая ничего не значит

В декабре в Большом театре состоится премьера балета Уильяма Форсайта «Херман Шмерман» в постановке американского хореографа Гелбера Ноа. Название балета, по словам автора, ровным счетом ничего не значит. Это просто фраза, которую Форсайт случайно услышал у Стива Мартина в одном из его фильмов. Да и сам балет – это просто танец, потрясающе красивый, который показывает, как из балетных па создаются волшебные рисунки и образы. «Херман Шмерман» впервые был исполнен в 1992 году артистами Нью-Йоркского балета, среди которых был и сам Гелбер Ноа. Балет сразу приобрел славу скандального, а многие критики и сегодня считают его «провокационным». Рассказывают «Новости культуры».

Никакой провокационности за «Херман Шмерман» Гелбер Ноа не признает. Говорит, первый раз слышит об этом. О смысле названия отвечает уклончиво: «В этом сочетании слов нет никакого смысла. Каждый, кто смотрит балет, волен придумать его сам. Может, это чье-то имя, может, еще что-то. Я лично не думаю, что это что-то означает».

Зато о своих русских корнях он говорит с удовольствием. Дедушка Гелбера Ноа был родом из Украины. Отсюда – особая любовь к работе с русскими танцовщиками и особое взаимопонимание.

«Я могу делать репетицию, но словарный запас очень маленький», – признается хореограф. 

Будущие костюмы – реплики тех, что придумал для «Херман Шмерман» в 1992 году Джанни Версаче. Именно их в то время называли вызывающе откровенными. Сегодня прозрачным топом балерины никого не удивишь. 

В России у «Херман Шмерман» будет четыре состава – редкость для Большого. Помимо солистов театра, Ноа пригласил и совсем юных артистов. 

«В современной пластике он нам показывает, что руки должны быть длиннее, чем они есть на самом деле. Они должны выходить из плеча. Он нас всегда заставляет работать именно спиной, плечами, всем телом. В классике этого нет», – замечает артистка балета Анна Тихомирова. 

«Для меня это как высшая математика. Можно просто читать, писать, а есть высшая математика. Мы должны показать зрителям не смысл балета, а то, как мы умеем владеть своим телом, под несложную, техничную музыку», – поясняет ассистент хореографа Анастасия Яценко.

«Херман Шмерман» – первый Форсайт на сцене Большого театра. Многие участники постановки признаются, они мечтали это танцевать. Ведь у знаменитого хореографа-новатора Форсайта совсем другая пластика, нежели в классическом балете.

Сюжета в балете «Херман Шмерман» нет. Главное – открытие новых пластических возможностей тела и личности артиста. Как раз поэтому Ноа категорически запретил своим подопечным смотреть предыдущие постановки балета.

«Конечно, мы нашли в Интернете и посмотрели, но это было не нужно. Каждый должен быть индивидуален», – говорит Анна Тихомирова. 

Танцоры признаются: уже после месяца репетиций неизвестно что означающий «Херман Шмерман» Форсайта изменил их настолько, что даже классику они теперь танцуют по-другому – более свободно и уверено. Именно это и обещал им понимающий русскую душу Ноа в самом начале репетиций.