20.11.2010 | 23:44

Правнучка Льва Толстого - о наследии писателя

Лев Толстой - писатель, при жизни которого одни видели в нем пророка, другие не принимали ни его самого, ни его идей. И сегодня, спустя столетие, мир переживает новый взрыв интереса к жизни Толстого, его книгам и убеждениям. И этим спорам, интерпретациям и объяснениям никогда не будет конца. Рассказывают «Новости культуры».

 

У нее американское гражданство, родной язык – английский, Татьяна Пенкрат-Толстая – внучка самого младшего сына Льва Толстого – Михаила, родилась в Белграде, в Америке - с 49-го. Честно признается, из «Войны и мира» читала лишь то, где про мир, и уж совсем откровенно задает главный для нее вопрос.

«Так как я вообще жила в Америке и читала другую литературу, мне казалось, что, окей, он хороший писатель, здорово писал, но Шекспир тоже здорово писал, и мне было непонятно, почему он считается таким великим человеком, почему такой тарам барам вокруг Толстого», - признается Татьяна Пенкрат-Толстая.

Тем не менее, современники ждали буквально каждого предложения из-под его пера. Зимой 1890-го, когда встречались, говорили – не здравствуйте, а "читали ли Крейцерову?". Это был шок, так откровенно, вслух, о таком себе еще никто не позволял. И цензура, конечно, тоже не позволила.

«Студенты переписывали, иногда садились по несколько человек, частями разбирали книжки», - рассказывает заведующая отделом книжных фондов Государственного музея Л.Н.Толстого Валентина Бастрыкина.

Нелегально Толстого, издавали больше, чем кого –либо еще. Запрещенная «Исповедь» разошлась подпольно. За рубежом нелегалку печатали в типографиях, в России – на мимеографе, работали долго, по двое, конечно, знали, что это может грозить ссылкой. Такие не просто не удобные, темы – иногда крамольные, религиозно-философские – для Толстого – его самые важные книги. Ему присылали и веревку, чтобы сделал все сам, не утруждая правительство, и называли – то чудаком, то пророком.

«Во времена Толстого его призыв отказаться от смертной казни звучал абсурдно, всем казалось, ну, как не казнить преступника, а сейчас Европа отказалась от смертной казни, Россия наложила мораторий на смертную казнь, нельзя убивать людей, нельзя брать на себя право убивать человека, а Толстой кричал об этом, это один из самых болезненных вопросов для него был», - говорит писатель, журналист Павел Басинский.
Увешанный ярлыками – «граф, но босой», «мяса не ест», -упакованный в мифы, недостижимый, великий он ставил вопросы, такие близкие многим, в той же Карениной, взорвавшей русское общество. То же самое сейчас вновь происходит с немецким. Впервые за 50 лет - новый перевод. Розмари Титце говорит, что очень боялась.

«Сначала я думала, ну, ладно, уже столько переводов, текст уже вроде бы пропахан, я тут ничего не добавлю, а потом я для себя сделала такие пробные переводы отдельных глав и потом я почувствовала, все-таки смогу сказать на немецком языке новое слово в этом отношении», - объясняет переводчик романа «Анна Каренина» на немецкий язык Розмари Титце.

Эта «Анна Каренина» стоит 40 евро, Титце уверяет, что для ее страны это дорого, но за год в Германии продано 18 тысяч экземпляров, для классики – много, выпущен уже третий тираж. Каренина – самая известная на Западе русская женщина. Но не в России. Свой фильм «Анна Каренина» Сергей Соловьев до сих пор не может выпустить в прокат.

«А говорили мне одно: "Сергей Александрович, вы знаете, никто не знает, кто такая Анна Каренина, никто, мы сначала должны объяснить, что такое Анна Каренина, потом уже выпускать нашу картину". Я думаю, что объяснение, по крайне мере такое наивное, постольку поскольку я, наоборот, не знаю ни одного взрослого человека, во всяком случае, кто бы не знал, кто такая Анна Каренина», - отмечает Сергей Соловьев. «Магическое содержание текстов Толстого, которое на самом то деле очень глубоко нам всем объясняет нашу природу и нашу породу, наше отношение к жизни, к друг другу, к счастью, несчастью, наше отношение к жизни, смерти, когда-то Толстой сам задавался вопросом, кто мы, откуда, зачем и, может быть, все главные ответы были найдены им в гениальном произведении "Анна Каренина"», - добавляет режиссер.

17 экранизаций Карениной, Толстого в кино вообще ставили много. Снимали его самого –сохранились кадры, ровно сто лет назад ставшие сенсационными. Сбежавший из дома Толстой умер в Астапове. Компании Дранкова, Ханжонкова, братьев Патэ, там были, кажется, все - разные детали, ракурсы, кадры,– и самый болезненный для правнучки Пенкрат-Толстой.

«До некоторой степени я немножко отвлеченно на них смотрю, потому что они уже как бы исторические, я больше чувствую кадры, когда показывают мою прабабушку, мне ее было безумно жаль, то, что ее не допустили к нему, есть кадры, где она смотрит в окно, где он лежит, ее не пустили», - рассказывает Татьяна Пенкрат-Толстая.

Ему 82, не убит, не на дуэли – болел, она долго не понимала, почему похороны стали действительно мировым событием, почему все задавали один вопрос - как теперь жить без Толстого. И лишь, когда сама оказалась в России, поняла.

«То, что он писал, то, что он думал, было такого объема, такого широкого мировоззрения, интересов, он настолько чувствителен к России, которую он так любил, я считаю, что он просто был ее душой», - уверена Татьяна Пенкрат-Толстая.

Все материалы темы "К столетию со дня смерти Льва Толстого">>>