17.08.2012 | 10:24

Метаморфозы натюрморта в Третьяковской галерее

«Обманка», «ванитас» и другие редкие и вполне привычные виды мертвой натуры. Третьяковская галерея готовит выставку «Натюрморт. Метаморфозы». Новая экспозиция откроется только осенью, но подготовка уже идет полным ходом. Около двухсот редко выставляемых картин и полотен будут представлять «неожиданное сближение» искусства классического с искусством современным. Рассказывают «Новости культуры».

Миллиметр за миллиметром Екатерина Волкова счищает с цветов и плодов бликующий лак – культурный слой полутора веков музейной реставрации – готовит холст к выставке.

«Все-таки это слишком – этот блеск отчаянный, – говорит реставратор. – Совсем не соответствует моим представлениям о том, как должна выглядеть картина».

Картина писана живописцем XIX века Фомой Гавриловичем Тороповым – классика русского академического натюрморта.

«Натюрморт XVIII - XIX века – это редкие картины – их, как правило, в музейных собраниях одна, две, три – очень немного», – рассказывает заместитель заведующего отделом живописи XVIII – первой половины XIX веков Третьяковской галереи Светлана Усачева.

В постоянной экспозиции Третьяковской галереи натюрмортов этой эпохи всего три. Два из них кисти Ивана Фомича Хруцкого. И всегда возле них приостанавливаются люди. Тщательное письмо, яркие детали: персик разломлен – видно косточку, на одну из груш присела муха, пионы, ирисы, тюльпаны в кувшине с рельефными лисами – примета времени.

«Такие кувшины делали в Петербурге, на фабрике купца Сергея Яковлевича Поскочина, они были распространены в быту людей небогатых», – отмечает Светлана Усачева.

На менее парадном натюрморте Хруцкого – родная русская флора: вместо персиков в корзине ягода-малина, вместо винограда – веточки прозрачных смородин. Но есть и один иноземный плод – поклон родоначальникам жанра.

«Вот этот лимончик – явная цитата из голландских мастеров этого жанра, – показывает Светлана Усачева. – Хруцкий нам все время показывает, что он наследник этих традиций».

Подобные редкости куратор выставки «Натюрморт. Метаморфозы» Светлана Усачева искала по усадебным и региональным музеям. Откопала и такой натюрморт, что сближает русскую живопись с голландской. Вроде анонимной работы XVIII века. Холст имитирует поверхность стены, к которой прибиты элементы причудливой коллекции: свитки, картинки. Классическая «обманка» – подвид жанра «натюрморт» – подхваченный – через века – русскими художниками второй половины ХХ века.

«Это распиленный стол, на который наклеен холст, здесь есть двойная такая обманка…реальный объект», – говорит сотрудник отдела новейших течений Третьяковской галереи Кирилл Светляков.

Изящный объект Сергея Волохова, – считает Кирилл Светляков – реплика «обманок» XVIII века, ассамбляж Бориса Турецкого – хоть и из консервных банок – по смыслу ближе работам не Энди Уорхола, а Якоба де Гейне – автора первого натюрморта в жанре «ванитас».

«Это вещи выброшенные, время их прошло, и через тему «ванитас», она сближается с работами XVIII века», – рассказывает Кирилл Светляков.

Жанр «Плоды и цветы» в 70-е годы XX века в интерпретации Ильи Кабакова. А в 90-е годы уже по-другому – в интерпретации Владимира Дубосарского. Куратор Кирилл Светляков рифмует натюрморты «старых мастеров» с произведениями современного искусства.

«В концептуализме, в сюрреализме ХХ века вдруг всплывают все эти маргинальные жанры XVIII века: натюрморт ученых занятий, «натуралии», тема коллекции, кунсткамеры, и тогда ты понимаешь, что все эти раритеты, забытые странные картины XVIII века – это ресурс, и иначе начинаешь относиться к современному искусству».

Именно ради такого сдвига в восприятии зрителя и готовиться выставка «Натюрморт. Метаморфозы» в Третьяковской галерее.