19.07.2016 | 11:13

Сегодня исполняется 75 лет со дня рождения Наталии Бессмертновой

Сегодня исполняется 75 лет со дня рождения Наталии Бессмертновой – легендарной «Жизели» Большого театра. Ее первое появление на сцене стало потрясением. Про хрупкую, ни на кого не похожую выпускницу Московского хореографического училища заговорила вся Москва. Именно на нее, жену и музу, хореограф Юрий Григорович поставил большинство своих балетных шедевров. Казалось, она не танцевала – проживала судьбы своих героинь, заставляя публику плакать, а партнеров забывать, что это всего лишь спектакль.

Появившись в шестидесятые, Наталия Бессмертнова была по-настоящему русской балериной: хрупкой, невесомой. Длинные руки, трагические глаза – то, что определяет романтический образ, про который говорят «эталон».

«В трагедии она может даже улыбнуться, но у нее внутри столько всего, что выражается пластически, что все кругом плачут», – рассказывает балетмейстер-репетитор, народная артистка СССР Марина Кондратьева.

О Бессмертновой заговорили уже во время учебы. Мальчишки младших классов бегали тайком смотреть, как она делает балетный экзерсис.

«В центре, на центральном станке стояла Наташа, и сразу было видно, уже в те годы было ясно, что это ярчайшая балетная индивидуальность», – говорит балетмейстер-репетитор, народный артист СССР Борис Акимов.

Большой театр видел тысячи «Жизелей», но появление хрупкой, ломкой Бессмертновой в этой партии разделило историю на «до» и «после».

О танце выпускницы хореографического училища заговорила Москва. Бессмертнову не сравнивали – ставили в один ряд с Павловой и Спесивцевой. В партии Жизели ее впервые увидел Юрий Григорович.

«Это действительно была ее партия на всю жизнь, которая так и осталась совершенно уникальной. Я смотрю книги о Наташе, и везде, где бы ни было, прежде всего пишут об этой Жизели», – делится хореограф, народный артист СССР Юрий Григорович.

Все шедевры, о которых взахлеб говорил мир, Григорович поставил на нее – свою жену и музу. Бессмертнова проживала короткую жизнь Анастасии в «Иване Грозном», ее Джульетта умирала в склепе на груди Ромео, в «Золотом веке» она была дерзкой Ритой и непостижимо-жертвенной Фригией – в «Спартаке».

«Когда делался спектакль, мы об этом говорили и в театре, и дома, других тем не было», – вспоминает Григорович.

Кто хотя бы раз видел танец Бессмертновой, говорит о ее феномене. Она наполняла спектакли дыханием и вдохновением. За внешней хрупкостью – стальной характер. Он проявился, когда она поменяла статус балерины на педагога и когда ушла из Большого, став ассистентом Григоровича.

«Это была эпоха Бессмертновой – прошлый век, потому что Наташа создала совершенно необыкновенный образ балерины, образ танцовщицы», – говорит Марина Кондратьева.

В Большом одна из последних «Жизелей» была посвящена памяти Натальи Бессмертновой. Той, чье имя в балете остается самым большим откровением XX века.

Новости культуры