14.03.2016 | 19:59

Реконструкция Русского музея вызывает резонанс в музейном сообществе

Одна из резонансных тем последних недель – реконструкция Русского музея. Все согласования на работы в Михайловском замке получены. Последнее слово – за Всемирным банком. От этой международной организации зависит, будут ли выделены средства – около миллиарда рублей. Предположительно, вердикт банкиры вынесут до конца месяца. До тех пор окончательный проект будут хранить в тайне. А у него, между тем, уже появилось множество противников, в том числе, из среды самих музейщиков. У них есть сомнения как в целесообразности самой реконструкции, так и в необходимости вывоза на время ремонта бесценных полотен. 

Михайловский однажды уже пережил настоящий дворцовый переворот. Чуть больше века назад, когда было принято решение о создании Русского музея, архитектор Василий Свиньин приспособил великокняжеские гостиные под выставочные залы. При этом он разрушил восточное крыло, лишив дворец фирменной симметрии Росси. В свое время студентов архитектурного факультета ЛИСИ водили сюда на экскурсию, чтобы показать пример неудачного вторжения. Видимо, урок усвоили не все. Проект реконструкции внутренних дворов Михайловского дворца утвержден Главгосэкпертизой и Минкультом, но пока его никто не видел.

«Почему такая таинственность? И мне, и вам это понятно: никто не хочет лишнего шума. Ряд последних проектов, в том числе, реализованных Русским музеем, вызвал скандалы и возмущение – в частности, проект реконструкции Летнего сада, который я прямо называю уничтожением», – прокомментировал председатель Санкт-Петербургского комитета Международного совета по вопросам памятников и достопримечательных мест Сергей Горбатенко.

Пресс-конференция директора музея Владимира Гусева привлекла небывалое для Петербурга количество журналистов. После утечки информации в прессу все ждали лично от него ответа на главный вопрос – зачем?

«Что получает Русский музей в результате? Примерно полторы тысячи квадратных метров полезной площади. Площади плезны и для музея, и для посетителей. Что в первую очередь – я не знаю», – сказал Владимир Гусев.

Один из двух внутренних двориков сейчас представляет собой крохотный колодец, в котором ничего нет, кроме зарослей кустов и окон музейных фондов. По словам Владимира Гусева, здесь разместят зону отдыха, информационные центры, три лифта и пандус. То есть вход в музей станет удобнее, чем сейчас – фактически через подвал, – а сама экспозиция будет доступна людям с ограниченными возможностями.

«Все коммуникации – лифты, инженерные сети, внутренние водостоки – на отдельных конструкциях и на фундаментной подушке этих дворов», – рассказал заместитель директора Русского музея Владимир Баженов.

Однако по информации градозащитников, в атриумах могут появиться железобетонные межэтажные перекрытия, которые будут опираться на исторические стены, а это запрещено законом.

«Минкульт одобрил проект, который входит в противоречие с законом. Как это получилось – не спрашивайте меня, лучше спросить тех, кто одобрял в Министерстве культуры. А именно: не допускается новое строительство на территории памятника», – подчеркнул член Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга Михаил Мильчик.

Второй главный упрек в адрес Владимира Гусева: почему шедевры мировой живописи должны покинуть музей минимум на два года, пока идет реконструкция.

«Наверное, можно было бы загерметизировать и окна, и все остальное. Но никто на это не пойдет – ни хранители, ни строители. Слишком велик риск», – пояснил директор музея.

Но позицию руководства разделяют не все хранители.

«Мы оказываемся в ситуации, что деньги Всемирного банка диктуют график переезда фондов Русского музея. Я думаю, не только у сотрудника музея, но у любого человека возникает вопрос – ради чего, какова цена? Поспешность – это риски. Любое перемещение, даже с соблюдением правил, – это риски», – заявила заведующая сектором рисунка XVIII – начала XX века Русского музея Наталия Соломатина.

Проект покажут общественности, как только Всемирный банк утвердит финансирование – если, конечно, это произойдет. Сам Владимир Гусев на пресс-конференции неожиданно признался: он был бы рад, если бы деньги не дали и он бы жил спокойно. Другой оптимальный вариант, опять же по Гусеву, – начать переезд уже летом. И тогда тоже можно предположить две версии развития событий: либо сторонники проекта выдержат девятый вал критики, либо, наоборот, градозащитники устоят перед натиском Минкульта.

Новости культуры

Читайте также:

Директор Русского музея прокомментировал планы по реконструкции Михайловского дворца