27.08.2012 | 10:24

В Москве завершился фестиваль "Джаз в саду Эрмитаж"

Три вечера в столичном саду Эрмитаж звучал джаз – под открытым небом, в формате свободных импровизаций и неформального общения. Последний вечер стал самым жарким – джазмены вспоминали великого Джимми Лансфорда, одного из отцов-основателей американского джаза. Звучали знаменитые мелодии тридцатых. Российские музыканты делили сцену с израильскими и польскими джаз-бэндами… За их негласным соревнованием с удовольствием наблюдала публика. А вместе с ней и съемочная группа «Новостей культуры».

Без формата, рамок и границ…Музыка – джазовая. Публика – демократичная. Общение – свободное. Импровизируют все: музыканты, зрители. И у всех это получается просто высший класс.

До боли знакомые ритмы из репертуара оркестра Джимми Лансфорда, которые в тридцатые знал весь мир, буквально с первых минут заставили зрителей танцевать. Особо горячие натуры свингуют на сцене. В зале тоже не скучают – зажигают по полной.

Большой джазовый оркестр – между собой его называют «оркестр друзей» – детище выпускника Гнесинки, трубача Петра Востокова. Музыканты играют во многих джаз-бэндах. Здесь ищут особого драйва – для сердца и души.

Посвящение Лансфорду готовили специально для фестиваля. Имея дело с классикой, джазмены наступили на горло собственной импровизации.

«Мы пытались сохранить точность этой музыки, импровизировали в стиле музыки», – говорит художественный руководитель Большого джазового оркестра Петр Востоков.

Дарья Антонова раскрыла тайну – эти песни в оркестре Лансфорда пели только мужчины, женщин-вокалисток там не было. Чтобы никто не раскусил ее, певица изменила тембр голоса.

«Попробовала петь в низком диапазоне, – рассказывает вокалистка. – Вначале не совсем получалось, сейчас надо еще работать».

Израильский квартет тоже детище трубача – Итамара Борохова. Держатся на плаву восемь лет. Последние три года Итамар играет в клубах Нью-Йорка. Родина американского джаза не только проверка – новый виток творчества.

«Америка стала переломным моментом для меня, – признается Итамар Борохов. – Я стал по-другому чувствовать музыку, выпустил новый диск. При этом в ней осталась израильская традиция – ведь это моя страна».

Это почти ритуал – ни одного лишнего движения. Саксофон для Анны Королевой не просто инструмент.

«Как с напарником, как с другом, может быть, иногда я ребенок» – говорит она.

«Джаз в саду Эрмитаж» для нее история с продолжением. Четвертый раз здесь. Джаз для Анны история выстраданная, личная. Ее давно признали и свои, и чужие. Знают не только ее саксофон, голос – тоже.


Джаз заметно помолодел. Те, кто играют, и те, кто слушают - на равных, сцена и зал условны. В последний день вход свободный – даже билетов нет.

«Джаз основан на импровизации, а люди которые могут импровизировать, которые вкладывают душу в эту музыку будут нас всегда трогать», – говорят благодарные слушатели.
 

Читайте также: 

В столичном саду «Эрмитаж» снова зазвучал джаз