10.02.2011 | 11:54

"Темные аллеи" Бунина глазами Дмитрия Крымова

Столичный театр «Школа драматического искусства» совместно с Центром имени Мейерхольда представляют премьеру. «Катя, Соня, Поля, Галя, Вера, Оля, Таня…» - так режиссер Дмитрий Крымов назвал свою постановку по бунинским «Темным аллеям». Нескончаемый перечень женских имен с многоточием в конце перечисления – это даже не список персонажей, а скорее метафора нивелированной судьбы. Любое имя – это воспоминание об обреченной любви, а жертвы любви – реальные женщины, которые находятся на сценической площадке и замирают, скрючившись, в картонных коробках, превращаются в символы собственных сломанных жизней. Рассказывают «Новости культуры».

Актеров гримируют на глазах у зрителей. То, что действие уже началось, понятно не сразу. Далее следует череда неожиданных, кажется, нелогичных эпизодов. Предметы вдруг начинают самостоятельно двигаться, или рабочие сцены очень долго распиливают коробку. На вопрос,зачем, никто отвечать не собирается. Цель режиссера - передать эмоции, чувства, настроение. 

Семеро мужчин, словно сошедших с фотографии начала ХХ века, и четыре женщины - жертвы любви. Три из них на протяжение спектакля находятся в коробках. Здесь нет второстепенных героев, и у каждого своя бунинская история - непонятная, нелогичная и часто жестокая.

«Она всю себя отдала, даже ноги отдала тому мужчине, с которым была. Но она не винит его в этом. Она просто любит и продолжает любить», – поясняет актриса Мария Смольникова.

Сборник «Темные аллеи» – результат многолетних размышлений Бунина о любви. Для писателя это целая философия. Возвышенная страсть, заурядные влечения, романы, что называется, «от нечего делать». Бунин всегда находит для определения чувств подходящие слова, а Крымов в свойственной ему манере ищет новые формы. 

«Моя героиня – это рассказ "Таня". Рассказ очень длинный, и он уложен в мою одну проходку», – говорит актриса Варвара Назарова.

Говорить о любви героям сложно. Они рассказывают, как умеют. Один говорит по-французски, другой бьется в истерике, третий объясняет с помощью макета. 

«Мне кажется, наша память имеет такой набор макетов определенных мест или ситуаций. Даже взаимопонимание можно запротоколировать и создать некую определенную модель, в которой еще раз и еще раз проиграть прошлое, случившееся и увидеть свои ошибки», – замечает актер Валерий Гаркалин.

Художника спектакля Марию Трегубову вдохновили работы американского фотографа Ирвина Пенна, который изображал персонажей на незатейливом белом фоне – в темных одеждах они выглядели особенно выразительно. Для спектакля белый задник решили связать. Больше месяца над полотном трудилось одновременно пять вязальщиц. Украшением сцены послужили старые фонари, взятые на «Мосфильме»,  и стулья с вековой историей – их собирали по коллекционерам.

«Когда ты собираешь семь стульев из разных мест – из одной семьи, из другой, из третьей, и каждый со своей историей, они отдают такую мощнейшую энергетику на фоне задника, даже когда на них никто не сидит», – заверяел Мария Трегубова. 

Мощная энергетика – в декорациях, лицах, ситуациях... Особая, напряженная и в то же время очень поэтичная, она пронизывает весь спектакль. Снова хочется перечитать Бунина. Впрочем, Крымов не скрывает, что его история – это новый рассказ в «Темных аллеях», автором не написанный.

Читайте также:
«Катя, Соня, Поля…» - бунинская проза в постановке Крымова

Смотрите также:
Сегодня на "Худсовете". Дмитрий Крымов. 9 февраля 2011 года