21.02.2011 | 11:23

21 февраля - Международный день родного языка

По разным данным на планете сегодня существует от шести до семи тысяч языков - примерно половина находится под угрозой исчезновения. По данным ЮНЕСКО в среднем каждые 15 дней в мире умирает один язык. Это, как правило, языки малочисленных народов, чья культура оказывается беззащитной перед натиском цивилизации. Как действовать – пытаться приостановить процесс исчезновения языков или просто наблюдать и фиксировать эти процессы? Сегодня - в Международный день родного языка - этот вопрос звучит особенно остро. Рассказывают «Новости культуры».

 

Лопата, огромный нож легко убивает дикого оленя, и крючок – достать белку, застрявшую в ветвях. Кеты называют такой трансформер окс – лыжная палка. Говорящих по-кетских осталось человек сто двадцать – они живут по Енисею. Кетский умирает, а вместе с ним – уходит часть вселенной, уходит то, чему есть название.

Ольга Казакевич, зав. лабораторией автоматизированных лексикографических систем НИВЦ МГУ: «Каждый язык немножко по-своему членит мир. Если человек знает два языка – он смотрит с двух точек зрения на язык, больше деталей различает, а если три-четыре языка, то еще более объемен для него мир становится».

В конце 60-х в Томской области начались мощные лесозаготовки. Поселки с пятитысячным населением поглотили деревни. Коренные жители вынужденно учились русскому. В науке это называют языковым сдвигом – когда этническая группа переходит на государственный, более престижный язык. Теперь и производства здесь нет, и от культуры кетов – лишь остатки.

Людмила Варфоломеева, художник, поэт: «Я родилась в 57 году и до 5 лет не знала русского языка. Первое слово, которое я выучила, было «окошко», Оно было звонкое, чистое. Разговаривала на своем родном языке - и пела, и пословицы знала. Это Еланцы Ольхонского района Иркутской области. Дороги были плохие, до нас добраться было очень трудно – наверное, поэтому был такой феномен закрытости, самосохранения тех традиций, древних легенд».

Не просто на бурятский, а на его западный, ольхонский диалект переводит эпос «Гэсэр» Людмила Варфоломеева – это ее же иллюстрации. Пропагандировать свой язык – считает делом жизни, тем более что бурятский, по данным ЮНЕСКО, под угрозой исчезновения, несмотря на то, что он государственный.

Людмила Варфоломеева, художник, поэт: «Сорок процентов взрослого населения Бурятии не знают своего языка. А молодежь – еще больше. Это объективно. Глобализация заставляет говорить людей на русском языке. Идентифицировать себя с российским народом».

На другом государственном - осетинском - ведет репетиции Тимур Мурашев. И эти дети, рожденные в Москве, на родном языке узнают, что танцу на пальцах – более 3 тысяч лет, сим – танец сакральный, а в танце с кинжалами – самих кинжалов используется более двадцати.

Темур Мурашев, художественный руководитель Московского ансамбля танца «Алания»: «Был момент, когда осетин после татаро-монгол и после нашествия Тамерлана осталось в горах около 15-20 тысяч человек. Они не потеряли свой язык, культуру, чувство ритма в танце – мелодию. Ведь нартовский эпос входит в пятерку лучших эпосов мира – они не потеряли. Кто нам дал право потерять свой язык?»

В Европе – 50 языков меньшинств, в России – в три раза больше - 150. Но в нашей стране Европейская хартия региональных языков до сих пор не ратифицирована. Тогда как в западных существуют весьма эффективные программы по поддержке малых языков. К примеру, в Уэльсе еще в 70-х озаботились тем, что все меньше молодежи говорит на валлийском языке. И вот сегодня – валлийский опять появился на улицах.

Ольга Казакевич, зав. лабораторией автоматизированных лексикографических систем НИВЦ МГУ: «Там это идет не с детского сада, а с перинатального возраста. Когда мама приходит в консультацию становиться на учет – ей дают пакет языковой: диски с песнями колыбельными на валлийском языке, чтобы независимо от того, владеют ли языком родители – ребенок мог это слышать».

Языки рождаются, делятся на сильные и слабые. Слабые вымирают, сильные видоизменяются. Это естественный процесс, остановить который невозможно. Но зафиксировать умирающие языки – теперь реально. Еще пару сотен лет назад об этом не могли и мечтать.

Селькупский, кетский, ненецкий – наших лингвистов, успевших поймать «уходящую натуру», уже сегодня благодарят компаративисты – ученые, которые пытаются воссоздать наш единый праязык, а значит – лучше узнать историю человечества.

Георгий Старостин, старший научный сотрудник Центра Компаративистики РГГУ: «Сопоставление мелких языков помогает компаративистам восстанавливать языковые формы, на которых люди говорили тысячи лет назад или даже десятки тысяч лет назад. В идеале эти описания помогут компаративистам реконструировать праязык человечества - один или несколько».

Ненецкий описывает любые различия в состоянии снега: мягкий, свежий, царапающий лыжи, лежащий на ветвях. В кетском растущее дерево – одушевленное, срубленное – сразу становится неодушевленным. У селькупов богатая лексика для описания леса. Арабскому же достаточно единственного слова «лес вообще».

Для современного русского языка – утверждают лингвисты Санкт-Петербургского университета – характерны безликость и клишированность. Почти исчезли говоры и диалекты. Все чаще говорящие отказываются от большинства слов, переходя на язык жестов. И отгораживаются от человека, общества, государства. А самым частоупотребимым в разговоре стало слово «не».