18.03.2011 | 10:42

"Мертвые души" Родиона Щедрина на сцене Мариинского театра

«Мертвые души» Родиона Щедрина музыковеды называют «последней великой оперой ХХ века». Со времен премьеры в Большом в 1977 году и последовавшей за ней ленинградской постановки в тогда еще Кировском театре это эпическое сочинение ни разу не ставилось на отечественной сцене. Попытка найти адекватное воплощение «музыкальной метафоры России» любому театру предъявляет колоссальные требования. Маэстро Валерий Гергиев рискнул – сегодня «Мертвые души» возвращаются в афишу Мариинки. Режиссер спектакля Василий Бархатов эту свою постановку в Мариинском театре назвал «самой трудной». За последними приготовлениями к премьере наблюдала наша съемочная группа. Рассказывают «Новости культуры».

 

 

Это возвращение «мертвых душ» в афишу Маринки заставляет нервничать Родиона Щедрина. Тридцать лет, прошло после того нашумевшего спектакля, который даже на видео не найти. И вот снова они на сцене.

«Поменялась эстетика, жизнь в корне поменялась. Все мы поменялись. Только Россия поменялась не слишком. Тема книги Гоголя актуальна, а может и острее стала еще», - говорит композитор.

Перед Щедриным Худрук Мариинки Валерий Гергиев снимает шляпу. Говорит - работа с таким композитором держит уровень театра. И методично год за годом заполняет репертуар музыкой Щедрина. «Очарованный странник», «Конек Горбунок», «Кармен-сюита», «Анна Каренина» - классика ХХ века. Теперь очередь «Мертвых душ», которым Щедрин отдал десять лет своей жизни.

«У нас идут уже десятки произведений Щедрина, - говорит Валерий Гергиев. - Вот так незаметно он стал нашим классиком. Кому-то это может, не нравится, но это наш выбор, это мой выбор».

За постановку Мертвых душ взялся молодой авангардист Василий Бархатов. Тот отправил по следу Чичикова съемочную группу. Из окна поезда Москва-Херсон на камеру сняли места, где прошелся первый российский олигарх. Оказалось в русской провинции все тоже бездорожье, ничего не изменилось со времен Чичикова.

«Спектакль вне времени, - рассказывает режиссер. – Вроде сегодняшний день, а вроде нет. Стоит 100 километров от Петербурга отъехать и на поезде, телеге, машине и не поймешь в каком веке, то ли мужчины, то ли женщины на улице, но все будет понятно».

Гоголевских персонажей теперь не узнать. Манилов обзавелся пасекой, разводит пчел. Мертвых душ продает Чичикову, не снимая защитной сетки. У Коробочки швейная мастерская с гастарбайтерами, обшивает всю округу. Местная бизнес-вумен, своего не упустит.

«Гоголь ее характеризует как «тупоголовая Коробочка», но здесь она ведет бизнес. Она может настоять», - говорит солистка Мариинского театра Лариса Дядькова.

Она помнит ту старую постановку. Там она пела эпизодическую партию солдатки. Теперь масштаб другой. У Сергея Романова тоже задача не из легких - дожить до премьеры. Из трех Чичиковых, он один без травмы — порванный мениск не в счет. Его конкуренты с переломом ноги и руки вышли из игры. Теперь за мертвые души ему отдуваться, с дистанции не сойти.

«Современная опера, ее написали, когда меня не было, в этой музыке есть все и персонажи, и трагедия этого времени – все», – говорит Романов.

Два огромных колеса, то ли брички, то ли джипа, таранят российское бездорожье. Их не остановить - снесут все, все, что на пути попадется. О такой России, которую ни за день, ни за два не проедешь, говорил Щедрин художнику Зиновию Марголину

«Это он сказал, сделайте дорогу, а с помещиками разберемся», - говорит художник.

Перед тем, как идти на премьеру, надо как минимум вспомнить первоисточник. Опера Щедрина — не пересказ романа Гоголя, а вариация на тему.

Новости культуры