05.04.2011 | 11:15

Космос как предчувствие и как осмысление

Космос – как предчувствие, космос – как прорыв, и даже космос – как провокация. Все эти арт-видения космоса представлены в проекте «За неделю до полета» - через неделю будет широко отмечаться 50-летие первого полета человека в космос. Живопись и графика последователей русского космизма, маститых соцреалистов, представителей неофициального искусства ХХ века и художников рубежа тысячелетия. Такие разные, они и космос предчувствовали по-разному. У каждого он свой. Рассказывают «Новости культуры».

Неизведанный космос как предчувствие скорого покорения человеком внеземного пространства особенно сильно проявляется в работах группы художников «Амаравелла» - в переводе с санскрита «обитель бессмертных» - это название в 27 году прошлого столетия предложил Николай Рерих. Ярким представителем движения стал художник с непростой судьбой Борис Смирнов-Русецкий. Представления космистов о бескрайней вселенной, как будто фотоснимки, сделанные космическим телескопом «Хаббл».

«Они просто мечтали о космосе как о неком идеальном месте, вот эта идея возвращения отцов в понятии философском, которые возвращаются на какие то выдуманные планеты, выдуманные миры вот этим они и руководствовались тем, что мы туда должны стремиться и вернуться», - рассказывает арт-критик Дмитрий Буткевич.

Когда первое покорение космоса свершилось, а дальнейшее его освоение превратилось в гонку сверхдержав, изменились и сюжетные линии на картинах, посвященных космосу. Особенно ярко это проявляется у соцреалистов – теперь, конечно, космонавты впереди Вселенной всей. Вот эту картину Александра Силина планировали повесить в одном из научно-исследовательских институтов, но по каким-то причинам работа так и осталась в личном собрании художника. Русские авангардисты также воспевали покорителей внеземного пространства. Для Александра Лабаса вторая женщина- космонавт Светлана Савицкая и вовсе предстает Божественной музой.

На выставке своеобразным переходом от страны советской к России современной стала вот эта деревянная скульптура. Метафоричная «Птица» Марата Бабина здесь как символ свободного полета фантазии художников по бескрайним просторам Вселенной. «Последний космист», как называют Сергея Шутова искусствоведы, художник-постановщик фильма «Асса», представил для выставки работу 93 года «Мальчик и планета».

«Понятно, что Сент-Экзюпери здесь в основе, он вдохновлял его и все эти блестки и звезды, если на них поближе посмотреть, они сделаны аппликацией, это его традиционная техника», - говорит Дмитрий Буткевич.

Представление современных художников о космосе дополняют картины авангардиста в третьем поколении Александра Лозового. Его «Красная планета» образовалась не из газо-пылевых облаков, а из разноцветных обрывков бумаги.

«Он делал монотипии, и собралась пачка, и он понес ее на помойку, и она у него разорвалась - получился веер из разноцветных работ, и у него стали появляться такие работы. Причем совершенно уникальные, красивые и мне кажется тут смешанная техника – монотипия и масло», - говорит куратор выставки Люсинэ Петросян.

Инсталляция Марины Звягинцевой – это планета Солярис, сделанная из бумаги и пропитанная красками разумного океана. Платформа внизу отражает диалог небесного тела и ее завоевателей.

«Мне показалось, что Солярис должен быть таким - текучим, живым, поскольку монотипия позволяет поймать движение воды и сделать подобную картину», - рассказывает художница.

Художники – изобретатели, как себя называют Сергей Катран и Владимир Смоляр, придумали «Цветозвуковой запускатель ракет и космических объектов». Эту работу они называют своеобразным светофором для космонавтов.

«Снабдили его электронной напоминалкой с закодированной музыкой и всевозможными пиктограммами. Мы применяем систему, состоящую из семи цветов радуги, и здесь отличие от светофора запускается не на зеленый, а на красный», - говорят художники.

Космос на протяжении столетия будоражит умы художников и заставляет их вновь и вновь обращаться к этой теме - предвидеть, воплощать и снова фантазировать. Что вполне логично, ведь в бесконечном космическом пространстве еще так много неизведанного.