01.06.2015 | 12:46

95 лет назад родился поэт Давид Самойлов

95 лет назад родился поэт Давид Самойлов. В автобиографии он особо подчеркивал, что ему повезло с товарищами и учителями. В числе последних – Пастернак, Ахматова, Заболоцкий. Самойлов не раз беседовал с Арсением Тарковским, дружил с Марией Петровых. «Поэтическая школа была строгой», – утверждал он. А реальность – не менее суровой, ведь очень многие из его одаренных товарищей не вернулись с фронта. «Везение» обернулось тем, что каждое стихотворение Давида Самойлова было выстраданным.

Знаменитые «Сороковые, роковые» Давид Самойлов, сам воевавший и получивший ранение, написал лишь в 1961-м, будто заново переживая события 20-летней давности. Рожденный в «проклятых двадцатых», он с 14 лет вел дневники, строил планы. И в 42-м, будучи на фронте, записал: «Мне необходимо жить».

«Он выжил, что редко удавалось. Не вернулись его ребята, которые закончили или были студентами ИФЛИ. У него есть стихотворение "Перебирая наши даты", где он вспоминает каждого своего однокурсника», - рассказывает народный артист России Евгений Князев.

Дневник помогал выполнять намеченное в течение всей жизни – поэт вел его вплоть до своей смерти в 1990 году. Цели были разные в «пятидесятых-полосатых» и «шестидесятых дрожжевых», «загадочных семидесятых» и «восьмидесятых межевых». Но популярность пришла к Давиду Самойлову лишь ближе к сорока.

«Его стихи несколько отличались от стихов других поэтов. Он не избегал острых тем. И поэтика у него была другая, не совсем привычная.И сразу же, как он первый раз напечатался в альманахе Паустовского, на него напали. Там была его поэма "Чайная"», - вспоминает поэт Евгений Евтушенко.

Ясность и простота слога, классичность и музыкальность – Давида Самойлова называли Пушкиным XX века и одним из самых образованных поэтов своего времени. Его переводы Аполлинера, Брехта, Рембо, Тувима, Галчинского, И’йеша и других чешских, словацких, венгерских поэтов до сих пор считаются эталонными.

«А как проблемы творчества его занимают! Как он пишет: "Так хотелось бы неторопливо // Писать, избегая наплыва //Обычного чувства пустого неверья // В себя, что всегда у поэтов под дверью // Смеётся в кулак и настойчиво трётся, //И чёрт его знает - откуда берётся! //…Писать, избегая неверья // В себя. Чтоб скрипели гусиные перья // И, словно гусей белоснежных станицы, // Летели исписанные страницы..."», - цитирует народный артист России Евгений Князев.

Давиду Самойлову была чужда литературная суета. В его стихах никогда не читалось желание понравиться, зато были глубина и прозрачность, мудрость и ирония – знаки принадлежности к пушкинской плеяде.
 

Новости культуры