29.05.2015 | 14:13

Премьера. Авторская программа Игоря Золотуcского "Прощай, ХХ век!"

С 1 по 4 июня в вечернем эфире телеканала «Россия К» – премьерные выпуски авторской программы Игоря Золотусского «Прощай, XX век!».

Известный историк литературы, писатель и критик Игорь Золотусский – свидетель и участник многих ключевых событий ХХ века, происходивших в России. Его авторская программа «Прощай, ХХ век!» – это не только расставание с ушедшей эпохой, но и попытка осмыслить, понять, прочувствовать это время через судьбы выдающихся людей, которые были современниками Золотусского. В премьерных выпусках речь пойдет о писателях Владимире Максимове, Владимире Набокове, Викторе Астафьеве и художнике, реставраторе и публицисте Савве Ямщикове. У телезрителей есть уникальная возможность вместе с автором программы раскрыть драматические моменты судеб этих неординарных личностей, услышать истории, «ударившие по памяти и сердцу», ставшие основой их великих произведений. Воспоминания Игоря Золотусского, моменты личного общения, переписка, неизвестные факты биографии, уникальные кадры хроники по-новому рисуют портреты этих людей на фоне ушедшей эпохи, но и сама эпоха предстает перед нами по-новому.

«ХХ век, может, более чем другие века собрал на отрезке одного столетия столько разных судеб людей, – говорит Игорь Золотусский. – Все эти лица отразились в ХХ веке, как в зеркале. Они были порождены им, и вместе с тем ХХ век сам отразился в них, как в зеркале. Это люди, которые пережили войну, которые хотели, чтобы Россия стала лучше, чем она есть».

Первый выпуск «Прощай, ХХ век! Владимир Максимов» (1 июня, 20:30) посвящен писателю и другу Игоря Золотусского. В судьбе Максимова отразились многие противоречия и изломы ХХ века. Бесприютное голодное детство, война. Создание запрещенного в Советском Союзе христианского романа «Семь дней творения». Вынужденная эмиграция, возвращение на родину спустя 15 лет и огромное разочарование. Но главная заслуга Максимова – это созданный им в Париже знаменитый литературный, политический и религиозный журнал «Континент», сделавший его имя известным во всем мире. «Континент» и Максимов – это одно и то же, – утверждает Золотусский. – Их невозможно отделить друг от друга. На Максимова очень давили люди, которые считали, что он должен критиковать в «Континенте» не только коммунизм, но и саму Россию. Он категорически отказывался от этого. И не просто отказывался – он этого не делал. Он всегда соответствовал своей исторической задаче, в которую вложил душу, сердце, жизнь и свой талант. И, конечно же, талант Максимова – еще и талант бесстрашия. Он не боялся не только КГБ, но и либеральную интеллигенцию, которая играла не последнюю роль на Западе, в том числе и среди эмигрантов. Он сумел провести свой корабль по тому маршруту, по которому ему предстояло пройти в связи с его убеждениями. Живя в эмиграции, он всегда оставался русским человеком. Каждый раз, когда я бываю на могиле Максимова на русском кладбище в Париже, всегда кладу Володе белую розу, именно белую, потому что душа его чиста».

Во втором выпуске «Прощай, ХХ век! Владимир Набоков» (2 июня, 20:30) речь пойдет о настоящем мастере, виртуозе слова, чей роман «Лолита» стал мировой сенсацией и бестселлером. Большую часть жизни Набоков провел в Европе и Америке. Но сердце его навсегда осталось в России, от которой он не мог оторваться ни душой, ни памятью. «Когда-то Иннокентий Анненский писал: «Если раньше гении творили бытие, то теперь таланты делают литературу», – рассказывает Золотусский. – Вот это делание литературы началось с Набокова. И когда появились его первые повести и романы, один из последних классиков русской литературы Иван Бунин воскликнул: «Это чудовище! Этот мальчик появился с пистолетом и расстрелял всех нас! Какой писатель! И какое чудовище!». Он существовал в своем фантастическом мире, где слово звучало, как музыка, где классическое наследие присутствовало, но в совершенно других формах. Набокову был дан дар слышать неслышимое и видеть невидимое, и воплотить это в слове. Этот дар поднял Набокова-мастера на недосягаемую до сих пор высоту. С другой стороны, в этом даре была заключена разрушительная сила, направленная в сторону классики XIX века. Христианский XIX век как бы изживает себя в Набокове, для которого не было общего спасения для человечества, он видел спасение только личное и называл это – луч личного, а не луч общего. Он считал, что спасение можно найти в искусстве».

Третий выпуск «Прощай, ХХ век! Виктор Астафьев» (3 июня, 20:30) – это рассказ об авторе самого пронзительного и правдивого романа о войне «Прокляты и убиты». На долю Астафьева выпало многое: беспризорное детство, война, тяжелое ранение, послевоенные скитания. «Война мучила его всю жизнь, – вспоминает Золотусский. – Когда я начал читать «Проклятых и убитых», с первых строк понял, что это другая война – астафьевская, солдатская, залитая кровью, со страниц которой раздавались стоны и плачь. Как только вышли в свет первые главы романа, я написал об этом статью, она была напечатана в «Литературной газете» и называлась вопреки названию романа Астафьева – «Убиты, но воскрешены». Воскрешены писателем Астафьевым, его сердцем и памятью. Многим казалось, что это слишком жестокий роман, написанный с неистовой ненавистью и к командующим, и вообще к судьбе человека. Почему он писал так? Он был уверен, что если он не расскажет того, что он знал, то будущее поколение вырастет без памяти. Оно не будет знать, какой ценой оно осталось вообще на этой земле. Это была настоящая русская литература сердца. Многие говорили, что он проклял свой век, проклял живущих в нем, и даже тех, кто жить будет после него. Это жестокая неправда! Всегда через астафьевские произведения проходит нота любви, дрожащая, как звук скрипки».

Четвертый выпуск «Прощай, ХХ век! Савва Ямщиков» (4 июня, 20:30) посвящен хранителю русских традиций, художнику, реставратору и публицисту. Страстью Ямщикова была русская провинция – Псков, Суздаль, Плёс, Михайловское. Его заботой – восстановление разрушенного, сохранение художественных ценностей маленьких городов России. «Когда Саввы не стало, было такое ощущение, что мимо моих окон, словно солнышко прошло, вот так пробежало вдоль окон и ушло, погасло, – делится Золотусский. – Жить после этого стало скучнее. Потому что Савва возбуждал в тебе те деятельные силы, которые часто дремлют в нас. Мы часто не уверены, что можем что-то сделать, чего-то добиться. У него этих сомнений не было. И он заражал своей уверенностью других людей. Откликался на любое проявление несправедливости. Он был не просто патриот России, он был патриот русской провинции. Он знал и чувствовал, что из глубины, из недр русской провинции выходят самые талантливые соки и силы народа». Сам Савва Ямщиков в программе говорил о себе так: «Меня никто и никогда не сможет упрекнуть в квасном патриотизме, потому что квасной патриотизм – это достояние людей безграмотных. Я так же люблю и ценю любое искусство, как и русское. Другое дело, что за русское искусство я еще и отвечаю».

Пресс-служба телеканала «Россия К»