26.04.2011 | 11:10

Шедевры модного дома Кристиана Диора на выставке в Москве

Платья и шляпки – в окружении картин и фотографий, вдохновлявших модельера Кристиана Диора. Влияние большого искусства на создание нового стиля моды - тема грандиозной выставки, которая открывается в Музее изобразительных искусств имени Пушкина. Здесь считают, что мода – неотъемлемая часть современной культуры и вековой истории. Тем более – высокая мода. Четыре года назад в музее уже проходила выставка, посвященная Шанель. Теперь очередь Диора. Рассказывают «Новости культуры».

Этот зал Пушкинского музея называется Белым. Теперь только называется. Сценограф Натали Криньер все здесь преобразила. В апсиде саркофаг из музейной коллекции окружила знаменитыми флаконами, в синих высях подвесила манекенов в золотом. Умножила ряды античных колонн, вмонтировала в них стеклянные капсулы с платьями. А потолок обшила зеркалами – и перевернутые в них платья венчают колонны, будто цветы.

«Диор был близок к совершенству, потому что оттачивал детали. Приходится брать с него пример. Было нелегко добиться, чтобы муляж колонны выглядел, как подлинная колонна Пушкинского музея, но мы своего добились, и теперь наши фантазии - единое целое с восхитительной архитектурой музея», - рассказывает Натали Криньер.

Конгениальный Диору дизайн выставки восхитил даже Ирину Антонову. «Это новые идеи для наших выставок, как можно использовать это пространство», - говорит она.

Дизайн становится искусством, только если помнит о своем происхождении – из искусства, - считает Флоранс Мюллер. Автор книг по истории моды она подобрала в рифму к платьям - живопись.

«Классический восемнадцатый век – огромный кринолин, фижмы. Буквально - не платье, а корзина с фруктами! А рядом совершенно современная интерпретация этой темы - силуэт тот же, декор невозможный. Они так очаровательно выглядят эти платья, так роскошно расшиты, но если присмотреться внимательно, увидишь, что на подоле выткана трагическая биография Марии-Антуанетты. Вот она с остриженной головой перед гильотиной, а вот отрубленные головы ее любимых барашков», - рассказывает Флоранс Мюллер.

Так выглядит диалог с историей от Гальяно – до последнего времени он отвечал за поддержание огня искусства в модном Доме Диор. Знаменитый английский шляпник Стивен Джонс сделал с ним не одну коллекцию. А работать на Диор мечтал всегда - потому что знал – сам Диор начинал с эскизов шляп. Вот, например, эти создания – соломенный абажур и цветочная корзинка – рук мэтра.

«Работая на Диор, все время думаешь о цветах. Вы знаете, что есть даже вид розы, темно–красная, которая называется «диоровской»? - говорит Джонс. - Мы все время обыгрываем тему цветка. Вот, например, достаточно радикальное мое создание: идея была такая - лицо женщины это букет – вот мы и заворачиваем его в целлофан».

Платье – ландыш, платье – тюльпан, платье, усыпанное маками… Флоранс Мюллер окружила их живописью импрессионистов.

«Кристиан Диор ввел в послевоенные годы новый тип женственности. Женщина – цветок. В силуэте этот образ отразился как перевернутый цветок - юбка- венчик, широкая, будто бутон, смотрит вниз, а корсет платья, талия – как тонкий стебель», - рассказывает Мюллер.

Этот образ и получил название New look. Но все новое в нем было хорошо усвоенным старым – вежливым поклоном кринолинам XVIII века, садам родной Нормандии. Вот и продолжатели дела Диор: Ив Сен Лоран, Джанфранко Ферре, Джон Гальяно – гнули ту же линию. Обыгрывали историю: рассматривая силуэты моделей Тулуз-Лотрека, создавали современные версии образа Belle Epoque. Созерцая «Маху» Гойи, создавали реплику испанского костюма. Восхищаясь фото Мэн Рея, следили за линией кроя. В высокой моде ни шага без большого искусства.

Читайте также: 

Выставка-посвящение Кристиану Диору пройдет в ГМИИ им. Пушкина >>>