11.12.2014 | 12:21

Музей Маяковского представляет "Шесть невозможностей до завтрака"

В Государственном музее Маяковского решили на время отказаться от непреложного правила «Руками не трогать!». На выставке «Шесть невозможностей до завтрака: английский нонсенс и русский алогизм» можно, и даже нужно, проверить действие некоторых экспонатов на себе. Название экспозиции отсылает к диалогу Королевы и Алисы из сказки Льюиса Кэрролла. Венценосная особа признавалась, что в иные дни успевала поверить в десяток невозможностей до завтрака. 

Первое, что нужно сделать, так это оставить привычную логику за дверью и погрузиться в мир, где смыслы рассеиваются, разбегаются и раскалываются, чтобы собраться вновь в новую форму.

Своего рода симбиоз кэрролловского зазеркалья и русской футуристической феерии, чуть ли не с начала XX века. Под толстым стеклом – издание «Алисы» 1886 года – рукописное, с рисунками автора.

«Искусство XX века на каждый посыл кэрролловского текста давало свой мощный художественный ответ. То есть - «воркались хлипкие шарьки» получил такой яркий ответ - «дыр бул щыл» футуристический. Рукописная книга – этот посыл взорвался целой серией, целым книжным бунтом русских футуристов», - рассказывает куратор выставки Галина Антипова.

Маяковский, Хлебников, Крученых – футуристы здесь еще и ангелы, с потолка гладящие на то, что создавалось после них, - визуальные стихи Генриха Сапгира, одноглазых и двухголовых зверей Валентины Кропивницкой, этот терменвокс, что реконструировал Сергей Якунин. Свои произведения художник представляет непременно в одном и том же «галстуке».

«Это жалкое подобие футуристического жёлтого банта Маяковского.
А это – некая мистификация футуристической печатной машины. Надевается маска, чтобы не видеть, потом набирается вслепую некое послание и печатается», - объясняет художник Сергей Якунин.

Немного краски и бумаги и - «послание судьбы» готово. Холст, акрил, и это уже расчистка, снятие слоёв с обнажением под ними некоего первозданного языка – работы Юрия Ващенко. Его общение с русским поэтом-футуристом Алексеем Кручёных.

«Всё, о чём думал, все эти домыслы бесконечные – всё это идёт бесконечная работа как реставраторов, открытие той самой свежести, той провокации, той вечно зелёности, которая была присуща этому человеку, видимо, текла у него в крови», - считает художник Юрий Ващенко.

Работе «Заумный Тургенев» одного из крупнейших лингвистов XX века - Романа Якобсона - посвятил свои произведения Пётр Перевезенцев. Здесь же Тургенев и тот самый завтрак в чопорном английском клубе.

«Который так вывел из себя Тургенева, что он, хлопнув кулаком по столу, воскликнул: «Редька! Тыква! Кобыла! Репа! Баба! Каша! Каша!»», - отмечает художник Пётр Перевезенцев.

Именно эти шесть позиций, материализованные современным художником, и являются, по его мнению, теми самыми шестью невозможностями до завтрака. Наверное, если кашу завтраком не считать.

Новости культуры