17.11.2014 | 09:43

"Большая опера" вышла в полуфинал

Чем ближе развязка проекта, тем более пристальное внимание приковано к конкурсантам. Их осталось лишь пятеро, а значит оценивать и сравнивать их между собой становится всё труднее. Чтобы как можно полнее проявить себя, в каждой программе финала участники будут исполнять по два произведения. В прошедшем выпуске звучали не только привычные оперные арии, но и вокальные миниатюры.

Регина Рустамова, заявившая себя в проекте как меццо-сопрано, в который раз выбрала арию из репертуара драматического сопрано, чем окончательно запутала  Иоана Холендера – он попросил её определиться, кто же она на самом деле. Несколько вопросов задали Регине и мы:

 Регина, вы сказали, что хотели поэкспериментировать и перейти из репертуара меццо-сопрано в сопрано. Однако члены жюри не раз говорили, что на конкурсе лучше не пробовать новое, а демонстрировать свои уже отточенные умения. Вы осознанно пошли на такой шаг?

 Да. Дело в том, что я с самого начала не относилась к этому проекту как к конкурсу. Для меня он был некой широкой площадкой для выступлений, площадкой с большой аудиторией. Мне хотелось спеть людям, в первую очередь, то, что мне интересно и чем считаю нужным поделиться с публикой.

 Какого репертуара вы всё же собираетесь придерживаться в дальнейшем?

 Мне близок репертуар драматического сопрано. И по духу, и по характеру, и мой голос тоже к нему тяготеет. Арии сопрано получаются у меня лучше, чем даже репертуар меццо-сопрано, который я пою на протяжении десяти лет. У многих артистов голос с возрастом мутирует и они переходят. Есть много известных примеров певиц, которые поменяли голос с меццо-сопрано на драматический. Например, Грейс Бамбри... Гена Димитрова, наоборот, перешла из драматического в меццо, и так далее.

 Однако, по мнению господина Холендера, вы – точно не сопрано. Как вы к этому относитесь?

 Дело в том, что в Европе вообще принято петь более светлыми голосами, чем у нас в России. Там театры гораздо меньше и оркестр играет гораздо тише. Наши драм-сопрано считаются в Европе чуть ли не контральто. Но в принципе, с музыкальной точки зрения, у него ко мне претензий нет. Он говорит, что исполнено хорошо, но хочется более светлого звука для этих произведений. Но, опять же, в искусстве мнения у всех разные и нет абсолютно точных. Вот, например, драматическое сопрано Галинина Калинина, наоборот, всё время говорит, что я должна перейти в драм-сопрано. Она считает, что у меня это лучше получается и звучит, что этот репертуар должны петь тёмные голоса. Поэтому, видите – сколько людей, столько и мнений, и даже среди профессионалов они разнятся.

Всю неделю зрители переживали о судьбе Салтанат Ахметовой – в предыдущей программе она заявила, что не сможет продолжить участие в конкурсе из-за гастролей своего театра. Благодаря содействию педагога участницы, народной артистки КазССР Хорлан Калиламбековой, ситуация счастливо разрешилась, и в этом выпуске Салтанат вновь радовала слушателей – и членов жюри –своим пением. Правда, волнения не прошли для Салтанат бесследно:

 Салтанат, насколько серьёзны проблемы с вашим голосом?

 Сказать, что ничего страшного, я не могу – у меня уже предузелковое состояние голосовых связок и, конечно, по-идее, мне сейчас нельзя петь. Но очень многие музыканты сталкиваются с проблемой – когда нужно выступать в таком состоянии. Я подумала, что, раз уж я здесь, то лучше сделать это. Благо, продюсеры, менеджеры конкурса и телеканала очень поддерживают нас. Ведь не только у меня сейчас проблемы – у ребят тоже не всё хорошо. Они простыли, и все эти дни нас возят к врачу, мы активно лечимся. Так что спасибо каналу и врачам, которые нас спасают.

Василиса Бержанская выбрала для выступления «Песню ведьм» Ф. Мендельсона и арию Амалии из оперы «Разбойники» Дж. Верди – одну из тяжелейших, по отзыву Дмитрия Бертмана. Оба произведения были исполнены блестяще. Однако не обошлось и без критики:

 Василиса, на протяжении всего проекта господин Холендер повторяет, что вы выбираете материал, который вам не подходит. Что он имеет в виду?

 Я думаю, что господин Холендер имеет в виду завышенный по сложности материал для моего возраста – это абсолютно правильно, я с ним полностью согласна. Но это – конкурс.

 То есть, в конкурсе вы берёте более сложный материал, а в жизни – прислушаетесь к его советам?

 Конечно, в жизни я стараюсь не петь такие вещи. Я пою то, что надо для моего голоса, то, что правильно.

Третий сезон «Большой оперы» подходит к концу, и следующий конкурсный день будет последним не только в этом туре, но и во всём проекте. Один день – это совсем немного, но для кого-то и он может стать решающим. Смогут ли участники преодолеть все трудности последнего этапа? Как изменятся их баллы? И кто из конкурсантов войдёт в заветную тройку лидеров? Всё разрешится через неделю. Не пропустите.

Анастасия Собко
tvkultura.ru