23.05.2011 | 15:56

Сегодня исполняется 90 лет со дня рождения Григория Чухрая

Фронтовик Григорий Чухрай без ложной патетики и пафоса рассказывал в своих фильмах о трагедии страшной войны. И в мирной жизни вел себя как солдат – стойко и мужественно. Его исключали из партии, вновь принимали, награждали, отправляли картины на полку. А он говорил – «эпоха, в которой я жил, была голодной, жестокой, кровавой и… великой». Сегодня исполняется 90 лет со дня рождения Григория Чухрая. Рассказывают «Новости культуры».

Дебютный, «Сорок первый», как он только осмелился – идейно стойкая девушка влюбляется во врага, и как он только решился показать врага, в которого можно влюбиться. Говорили, что он, прошедший Великую Отечественную может знать о Гражданской, обвиняли в ошибках, перерасходе сметы, а он прогремит в Каннах. Увидев этот фильм, знаменитый режиссер Александр Столпер тогда признался: Чухраю лучше бы умереть сейчас, ведь разве можно снять еще что-то подобное.

Он снимет кадры, которые облетят весь мир: убегающий от танка мальчишка, сцена, над которой плакал Чарли Чаплин. Чухрай на экран перенес то, что сам пережил, тот, свой первый, самый страшный бой.

«Я всегда отмечаю только одну картину, которую считаю лучшей о войне – это «Баллада о солдате», конечно, о человеке, замечательном, добром, щедром, если бы он остался жив он бы народил таких же замечательных, как он детей», - говорит режиссер Петр Тодоровский.

Про героя, чьим именем, Алеша, в Болгарии назвали памятник советскому солдату, Григорий Чухрай говорил – он словно тот самый «милый» из русских песен, весь насквозь положительный, но его, действительно полюбили, призов – больше сотни, признание Каннами, выдвижение на Оскар, о котором сам Чухрай узнает лишь через годы. Один из самых знаменитых советских фильмов – Григория Чухрая за него исключили из партии, потом дали премию – высшую, Ленинскую.

«Все начинается с того что ему говорят ты сделал упадочное кино, положи партийный билет. Он же десантник, он говорит: «и положу, ничего менять не буду, гибель героя не отрежу». Картину же выпустили ограниченным тиражом, она шла только на периферии», - рассказывает киновед Евгений Марголит.

В 63-м, он, уже известный во всем мире, возглавил жюри московского кинофестиваля, того, легендарного, когда приезжал Феллини. Это был шок: итальянец показал «Восемь с половиной», фильм, не просто поражал, - переворачивал. Как его отстаивал Чухрай, еще один его бой и еще один его подвиг.

«Он проявил необыкновенную твердость в этом жюри, отстаивая картину Феллини, и ему это удалось сделать. Там давление наверху было со стороны ЦК, разных начальств, организаций. Мы это делали весело – брали Феллини, увозили по всяким ресторанам, показывали неофициальную Москву, а за всех трудился Григорий Наумович», - вспоминает режиссер Владимир Наумов.

«Только благодаря очень сильному авторитету, имея за спиной 2-3 такие картины, он позволял себе не согласиться с вышестоящими инстанциями и это был бы позор если бы не дали Феллини, притом что сразу же появились статьи о том, что эта картина которую народ не поймет», - говорит Петр Тодоровский.

Его «Чистое небо» – первый о культе личности, о трагедии уже того, кто вернулся не просто с войны, из плена, скажут – это какая же смелость поднимать такие проблемы, и, словно испугавшись, о фильме забудут. Он сам потом надолго пожертвует съемками – будет заниматься придуманным им же экспериментальным творческим объединением, потом пойдет еще дальше – в «Трясине» затронет тему, такую для советского кино неудобную – дезертирство. Война навсегда так и останется его главной болью, но фильм, о котором мечтал – О Сталинградской битве, в которой участвовал, Григорий Чухрай так и не снимет.

Читайте также: 


 90 лет со дня рождения Григория Чухрая