23.09.2014 | 09:57

В Пушкинском музее открылась выставка "Оскар Уайльд. Обри Бёрдслей. Взгляд из России"

«Или я, или эти мерзкие обои в цветочек…» – это предсмертные слова Оскара Уайльда, как принято считать. Его ультиматум выполнить не представлялось возможным. А вот последнюю волю другого английского эстета Обри Бёрдслея вполне можно было исполнить. На смертном одре художник молил уничтожить все его непристойные иллюстрации и рисунки, в том числе к произведениям Уайльда. На такой шаг наследники, к счастью, не решились, благодаря чему в Государственном музее изобразительных искусств имени Пушкина открывается выставка «Оскар Уайльд. Обри Бёрдслей. Взгляд из России». Одной из первых экспозицию осмотрели корреспонденты «Новостей культуры».

При входе на выставку всем посетителям выдают символичный подарок – бутоньерку. С зеленой гвоздикой Оскар Уайльд неизменно появлялся на публике. Кстати, цветок писатель красил, так как такого цвета гвоздики тогда просто не выводили. Объясняя свое увлечение, Оскар Уайльд говорил, что это искусство влияет на жизнь, а не наоборот.

Благодаря Оскару Уайльду мода на зеленые гвоздики в петлице и теория «искусства ради искусства» буквально захватили английских щеголей. Позже в Британии даже специально вывели сорт салатовых гвоздик. Как оказалось, Уайльд пророчески писал: «Истинный художник – тот, кто абсолютно доверяет себе, потому что всецело верен себе». И сегодня его произведения разбирают на цитаты.

«Этот писатель – автор замечательных книг и афоризмов – всегда пользовался в России особой любовью, уважением и вниманием, – отмечает министр культуры РФ Владимир Мединский. – И поэтому, я думаю, что наличие фамилии “Уайльд” в названии выставки гарантирует ей высокую посещаемость».

Еще одно имя в заглавии – Обри Бёрдслей. На выставке представлена одна из самых известных серий иллюстраций графика – к «Саломее» Оскара Уайльда. Пьеса изначально была написана на французском, так как автор и не рассчитывал на постановку в Лондоне – в викторианской Англии были запрещены спектакли на библейские сюжеты. Поэтому Уайльд делал ставку на зарубежные подмостки. Но для этого его работу, как минимум, нужно было преподнести в запоминающемся, провокационном обрамлении.

«Бёрдслей создал потрясающую подборку из 17 произведений, 17 рисунков, которые предлагали своей прочтение сюжета и не имели ничего общего к отношению текста Уальда», – поясняет куратор выставки Анна Познанская.

Более того, на рисунках Бёрдслея появились персонажи, которых в пьесе не было. Например, шут: его портретного сходства с Уайльдом нельзя не заметить. Такие карикатурные выходки коллеги писатель воспринял без воодушевления. Больше Уайльд и Бёрдслей не сотрудничали. При этом их судьбы пересекалась. Так Бёрдслея со скандалом уволили из «Желтой книги» – возглавляемого им журнала. А все из-за того, что во время судебного процесса над Уайльдом, один из журналистов ошибочно принял издание, которое было у писателя в руках, за ту самую «Желтую книгу». Оригиналы этих и других вещей, связанных с жизнью Бердслея впервые представлены в России.

«С британской стороны самое большое количество вещей, естественно, из музея Виктории и Альберта, – рассказывает директор ГМИИ имени А.С.Пушкина Марина Лошак, – но мы брали вещи и из галереи Тейт и из британского музея, из Британской библиотеки национальной»

Последователями Уайльда и Бёрдслея в России были Брюсов и Блок, Волошин и Гумилев, и многие другие. Художник Николай Феофилактов создавал свои рисунки почти исключительно в духе английского графика – всегда с подтекстом. А отношение к жизни предпочитал уайльдовское, вслед за ним повторял: «у меня непритязательный вкус, мне достаточно самого лучшего». Современники так и не смогли определиться, считать его – «московским Бердслеем» или «московским Уайльдом».

Новости культуры